Колымская сага

Казалось, земля уходила из-под моих ног. Зэк несся как раненый зверь, для которого ранение было только источником пробуждения звериной силы. Я чувствовал затылком его приближение. Еще немного, и его зловонное дыхание перекроет мне кислород. Господи, почему я забыл про обрез, хлопающий меня по бедру в ковбойской самодельной кобуре. Я выхватил его на ходу и с разворота, падая в мох, что было силы даванул на курки. Увы, мой преследователь видел мои маневры и вовремя упал. А я, как дурак, нажал два курка одновременно и истратил оба заряда.

Я отбросил в сторону уже ненужный мне обрез и помчался дальше в сторону озера. Зэк ломился за мной как лось через чащу. Но уже подальше. Видимо, он не понял, что я выпалил дуплетом оба заряда, и опасался второго выстрела. Но постепенно он стал снова меня нагонять. Я рванул за бугор, и вдруг подо мной сломалась гнилая палка, и я кубарем полетел в какую-то яму. «Все! Конец!» – прозвучало у меня в голове. Топот приблизился, затем я понял, что он остановился около ямы, в которой я лежал без движения.

Тяжелое дыхание напоминало хрип загнанной лошади.

– Куда-то спрятался, фря, – сипло проговорила тварь.

Мурашки пробежали по моей коже. В солнечном сплетении похолодело, а по телу пробежала волна жара. «Нет меня, нет! Ты слышишь, нет меня!» – и в тот момент, когда страшная рожа возникла надо мной и злобные глаза, казалось, впились мне в душу, я ясно увидел пустую яму, в которую я падал.

Мое зрение как бы обернулось вокруг себя, и я продолжал видеть ту же картину, но уже чувствуя, что смотрю на себя глазами моего преследователя.

– Черт! Где гадёныш? – зэк отвернулся и стал осматривать местность.

Его щербатый рот с отвратительными остатками кривых, грязно-желтых с черным, зубов, щерился в зверином оскале. Он набрал в грудь воздух и заорал визгливым фальцетом:

– Выходи, недоносок, вылезай. Все равно я порежу тебя на ленточки. Ты слышишь? На узкие ленточки. И сплету из них лапти. – Традиционные соцветья отборного мата обрамляли этот душераздирающий крик.

И вдруг он увидел меня. Я бежал в метрах в ста все в том же направлении.

– Ну, вот тебе и конец! – на свойственном ему наречии произнес он и помчался вслед за мной.

Некоторое время я продолжал видеть себя убегающим все дальше. Когда зэк был уже от меня достаточно далеко и, не оглядываясь, дикими прыжками несся по склону горы, я встал и побежал назад к Славке.

Друг мой лежал на спине все на том же месте, но штаны уже были натянуты. «Жив!» – подумал я.