Дети железного занавеса

Хотя он не столько читал, сколько думал о сложившейся ситуации. Конечно, ему было неприятно, что Юра так поступил, но необходимо решить, какую позицию занять, чтобы преподать сыну урок. С подобным Николай Спиридонович сталкивался впервые и действовал, так сказать, по наитию. Мама хозяйничала на кухне и избегала заходить в комнату, ей было больно смотреть на наказание сына, но она понимала, что так нужно.

– Долго мне еще стоять? – капризно спросил Юра.

– Пока не сознаешься, – категорично заявил отец. – Брал деньги?

– Не брал я! – огрызнулся Юра.

– Тогда стой дальше и думай о своем поведении.

«Вот ведь упрямец!» – с досадой подумал Николай Спиридонович.

Юра простоял еще час. Ноги затекли, и очень захотелось по-маленькому.

– Можно мне в туалет? – спросил Юра.

– Сходи и обратно в угол, – ответил отец, взглянув на него поверх книги, страницы которой вот уже пятнадцать минут забывал перелистывать.

Юра не спеша поплелся в уборную. А куда спешить? Наказание никуда не денется.

Он уже сто раз пожалел, что взял эти чертовы деньги. Ругал сам себя, но признаться не мог, стыдно. Выходить из туалета мальчик тоже не спешил. Он преклонил колени, сложил в молитвенной позе ладони и зашептал:

– Боженька, пожалуйста, прости меня, что я украл деньги. Я больше никогда не буду! Правда-правда! Сделай, пожалуйста, так, чтобы папа меня простил. Пожалуйста, я очень прошу!

Юра никогда не был в церкви и ни разу не видел, как люди молятся. Как любого советского ребенка его не воспитывали в духе религиозности.

Но в сложной ситуации он решил искать помощи на небесах.

– Ну что, будешь сознаваться? – спросил отец, когда Юра вернулся в свой угол.

– Нет, – упрямо повторил мальчик.

– Ладно, выходи. Не вечно же тебе тут стоять. И хоть ты и не признался, мы с тобой оба знаем, что ты это сделал. Надеюсь, ты вынес из этой ситуации правильные выводы и больше так не поступишь.

Отец злился, что не сумел добиться правды, но в то же время его впечатлила стойкость сына и сила его упрямства.

«Вот если бы обратить эти качества во благо!» – подумал Николай Спиридонович.

А на следующей неделе родители ожидали гостей. Мама хлопотала на кухне, нос в муке, руки в тесте, наспех криво повязанная косынка на голове. Спешит, беспокоится, как бы не забыть чего. Отец собирает складной стол-книжку, расставляет табуреты. Юре доверили достать праздничный сервиз из буфета и расстелить новую накрахмаленную скатерть на стол.