Собор у моря

 – Однажды, когда Понс был за городом, я попытался залезть в окно, но она мне этого не позволила. Она сказала, что не хочет, чтобы я ее увидел.

– Чего ты улыбаешься? – нахмурившись, спросил Арнау.

Жоанет прошел еще несколько метров, прежде чем ответить.

– Она мне всегда говорит, что нужно улыбаться, – грустно произнес он.

Оставшуюся часть утра Арнау бродил по улицам Барселоны, следуя за грязным мальчуганом, который никогда не видел лица своей матери.

– Мать гладила его по голове через оконце, которое было в пристройке, – шептал Арнау своему отцу, когда они оба лежали на тюфяке.

Бернат ласково прижимал к себе сына, пока тот рассказывал о своем приключении с новым другом.

Храп работников и подмастерьев, спавших в том же помещении, время от времени нарушал молчание, воцарявшееся между ними.

Бернат задался вопросом: какое преступление совершила эта женщина, чтобы заслужить столь суровое наказание?

Понс, котельщик, сразу бы ответил ему: «Прелюбодеяние!»

Он рассказывал об этом уже десятки раз каждому, кто готов был его выслушать.

– Я застал ее на месте преступления с любовником, таким же юнцом, как и она. Они воспользовались тем, что я часами работаю в кузнице. Конечно, я пошел к викарию, чтобы потребовать справедливое возмездие, которое предусматривают наши законы.

Мускулистый котельщик взахлеб восхвалял закон, позволяющий справедливости торжествовать:

– Наши графы – мудрые люди, они знают о низости женщин! Только женщины благородного происхождения могут снять с себя обвинение в прелюбодеянии клятвой.

Те, кто присутствовал при драке, помнили, как Понс разорвал в клочья юного любовника Жоаны. Едва ли Бог мог встать между котельщиком, закаленным работой в кузнице, и хиленьким влюбленным юнцом.

Королевский приговор гласил: «Если победит женщина, муж будет содержать ее в почете и возместит всякий урон, который был нанесен ей и ее друзьям в этом споре и этой схватке, а также возместит урон дравшемуся. Если же супруга будет побеждена, она останется в руках мужа со всем имуществом, ей принадлежащим».

Понс не умел читать, но по памяти пересказывал содержание приговора всем любопытным.