Перемена мест

Перед внутренним взором всплыло изображение на этом самом панно – его Плетнев тоже изучил заранее. Добыча алмазной руды на руднике. Художник, вероятно, ностальгировал по временам глубокого социализма, что и отразил в своем произведении – чумазые лица шахтеров светились энтузиазмом.

– Это во втором зале. Проходите, пожалуйста, – администратор тоже излучала энтузиазм. Она приветливо взмахнула изящной ручкой, приглашая следовать за ней.

Народу в «Алмазе» оказалось немного. Пара девиц ковыряла вилками листья салата.

Жевал без отрыва от планшета волосатый парень. Мрачного вида джигит поглощал баранину с таким серьезным видом, словно это была печень врага.

Лавируя между столами, Плетнев шаткой походкой двинул в уютную гавань у панно. Место для операции было выбрано идеально. Перегородки отделяли столик от остального зала, превращая его практически в отдельный кабинет. Еще несколько шагов – и он у цели. Но тут произошло непредвиденное, как и бывает с людьми непростой судьбы, поцелованными в темечко богиней невезения.

То ли фарватер был слишком узким, то ли в заводи штормило. Парус Плетнева надуло ветром и бросило прямиком на рифы. Точнее – на выставленный в проход локоток джигита.

Может быть, все и удалось бы уладить миром, если бы южанин не запивал в это время барашка красным вином. На бежевой рубашке мигом расплылась кровавая клякса, словно след от пулевого отверстия.

– Слышь, чурбан! Очки протри! – грубо бросил джигит, поднимаясь.

– Чего? Ты кого чурбаном назвал? Да ты сам чурка!

Антон Романович забыл, что одет не в форму, да и находится не в родном Калининграде, где его каждая собака знает.

Знает и лапу подает.

Ответ последовал незамедлительно. Вернее, предложение:

– Пойдем выйдем…

– Ну пойдем… Прям напугал… – и не думал пасовать Плетнев. – Я таких орлов горных…

Этот урюк еще не знает, с кем дело имеет. Понаехали тут! Сейчас товарищ майор быстро ему организует билет на родину.

– Ну чего, смелый? Документы для начала предъяви… – приказал он, едва они оказались во дворе.

Ему казалось, что приказ звучит грозно, но для полного эффекта не хватало удостоверения. Ничего, сейчас достанем и обрадуем. Следственный комитет, пусть и калининградский, это тебе не добровольная народная дружина. Это мощь, сила вплоть до пожизненного.

Но случилось страшное. Вместо красной книжицы Антон Романович выудил смартфон. Сказался подлый алкоголь, пальцы утратили тактильные чувства.

– Документики пред…

Договорить не успел.