Преадамит

 – «Нужно выбираться из столь необычного положения, как?! Искать меня начнут дня через два, не раньше… дура! Надо было брать спутниковый телефон и выходить периодически на связь, а теперь… если выберусь, всегда стану носить его с собой… и ещё маячок. Безвыходных ситуаций не происходит! Ага, того кто это придумал сюда бы его, на моё место!» – Из противного шума, исходящего сверху, Абрамова поняла – она в подполье.

Через час, может, больше (сложно следить за временем, когда ты на грани паники), верхняя доска поднялась, в глаза научному журналисту ударил яркий свет; над ней возвышалась старуха.

– Неси её в комнату! – Отдала ведьма приказ детине.

Переросток, послушно схватил пленницу словно лёгкую подушку и закинул на плечо – больно.

Женщину бросили на топчан. Бабка приближалась из кухни с огромным ножом для разделки мяса. От испуга Лина вскрикнула.

– Ни бойси! – Ласково прошептала старуха, – сегодня тибе забивать не станем, надо всё подготовить… замариновать.

«Родственница» Бабы-яги распорола одежду на репортёре, сперва верхнюю, затем и нижнюю, обнажив упругое тело на всеобщее обозрение.

Детина жадно раскрыл рот, уставившись на представившеюся ему красоту, наверное, подобного вживую никогда не видел. Старуха отвесила помощнику подзатыльник.

– Отвернись! Ишь ты! Мал ешчё, смотреть на падших баб. – Причитала хозяйка, привязывая руки и ноги жертвы к стене, – не про твою честь. Неси лучше уксус, сейчас обмоем хорошенько грешную плоть.

– Что вы собираетесь делать? Меня будут искать! – Запротестовала Абрамова.

– Сама виновата! Думала, мы здесь в пещере живём? У нас ноутбух есть, энтэрнет: внук признал тебя, кто ты такая… хотела опозорить старуху? Потомка самой Бабы-яги?! Теперь не жальчи меня, получишь по заслугам, отобедаем завтра тобой.

Слова безумной ведьмы повергли Алину в ужас, она прекрасно поняла – «колдунья» не шутит.

– Сейчас обмоем тибе, будешь чистой. Смотри какая! Чернявая, очи зелёныя, румяная вся; упругая, мордашка, шо у худого поросёнка, череп аккуратный, сделаю кубок, пить с него не стану, не волнуйся.

Пугать таких дур, как ты им буду! Дойки справные, – бабка больно сжала грубыми, сухими руками грудь Лины, – мне ба такие в молодости, глядишь, не засиделась в старых девах. Окорока мясистые, дюже только жилистые, жевать долго, ну да я пропарю! Весу в тебе немного, шо куль картошки, роста какого, знаешь? Маленько больше полутора метра? Можно хучь целёхонькой в духовку вместить.