Дорога из Освенцима

Йося отдергивает руку и начинает изо всех сил трясти ею. В голове Силки проносится тысяча мыслей: образы больных и раненых женщин и то, что с ними бывает. Нет, только не Йося! Силка хватает девушку за плечи и, вытолкнув из барака, опускает ее обожженную руку в снег, местами покрывающий землю. Сначала Йося сдерживается, сжав зубы, но потом громко плачет.

– Тише! – произносит Силка немного резче, чем хотела.

Через несколько минут она вытаскивает руку из снега и рассматривает рану. Ладонь и четыре пальца правой руки Йоси сильно покраснели, не пострадал лишь большой палец.

Силка снова засовывает руку Йоси в снег и поворачивает к себе лицо девушки. Оно белое как снег.

– Побудь здесь, я сейчас вернусь.

Силка врывается в барак и, замерев, впивается взглядом в женщин, собравшихся у печки.

– Как она там?

Жалостливый вопрос остается без ответа.

– Кто это сделал? Кто ее толкнул?

В тот момент Силка успела заметить только, как кто-то вытолкнул Йосю из кучки женщин. Но у нее есть свои подозрения.

Большинство женщин отводят глаза, но Силка замечает взгляд Натальи, устремленный на преступницу.

Силка подходит к Лене, уютно устроившейся на своем топчане.

– Да я легко переломлю тебя пополам! – рычит Елена.

Силка понимает разницу между пустой угрозой, когда демонстрируют силу от беспомощности, и истинным намерением навредить другим.

– Многие пострашнее тебя пытались меня сломать, – произносит Силка.

– А я боролась с мужиками в десять раз больше тебя, – парирует Лена.

Стоящие вокруг них женщины отходят назад, освобождая место для потасовки, которая, по их мнению, сейчас начнется.

– Вставай! – требует Силка, но Лена продолжает дерзко пялиться на нее; в Силке бушует пламя. – Еще раз повторяю: вставай!

Две женщины несколько мгновений смотрят друг на друга в упор, потом Лена встает, немного надув губы, как ребенок.

– Лена, сейчас я отверну твое одеяло и, если на простыне нет вшей, оторву край. И ты не будешь пытаться мне помешать. Поняла?

Лена фыркает, но медленно кивает.

Поглядывая на Лену, Силка отворачивает одеяло. Взяв простыню за низ, она разрывает край зубами, а потом отрывает полосу ткани.

– Спасибо, Лена. Можешь заправить постель. – Силка поворачивается к двери.

Там стоит Антонина Карповна, опершись рукой на дверной косяк и не давая Силке выйти.

– Похоже, у меня будут с тобой проблемы? – спрашивает она.