Было… Не было… Рассказы о юности…

Утром делаю вид, что иду в школу, выхожу из дома и направляюсь к другу.

Штаны и куртку принес ещё вчера.

Димка открывает дверь и жестом приглашает идти за ним на кухню.

На плите огромная кастрюля, в такой мой дедушка варит кашу поросятам.

Вода в кастрюле бурлит сотней водоворотов. Душно.

– Надо робу подготовить! – поучает Димка.

Вяжем узлами рукава и штанины. Там, где не получается завязать узел, скручиваем материю и перевязываем толстыми нитками. Дедушка такими прошивает обувь.

Высыпаем в кастрюлю три пакета хлорки, от испарений становится трудно дышать.

– Мало, наверно, – Димка чешет затылок и морщит нос. Идёт в ванную и приносит какой-то флакон.

– Это «Белизна» – жидкая хлорка, – поясняет он и выливает весь флакон в кастрюлю, – Валёк сказал, что хлорки жалеть не надо.

Меня терзают смутные сомнения в правильности наших действий, и я очень рад, что в эксперименте не участвуют мои джинсы.

Димка продолжает колдовать над кастрюлей: льет туда уксус из бутылки, потом сыплет соль.

– Зачем соль? – спрашиваю я и, высунув голову в форточку делаю несколько глотков свежего туманного воздуха.

– Точно не знаю, – отвечает мой друг, перемешивая воду в кастрюле большими деревянными щипцами, – Думаю, что не помешает.

Мы опускаем одежду в кипящую воду, умудряемся при этом ошпарить себе руки. Ругаемся по-взрослому – матом. Выходим на балкон – отдышаться. Снова идёт мелкий противный дождь.

– Надо всё время перемешивать, – Димка ныряет в хлористый туман, полностью заполнивший кухню.

Делаю последний большой глоток воздуха, закрываю глаза и отчаянно следую за другом.

Врезаюсь ему в спину, он в это время ковыряется щипцами в кастрюле.

Нецензурная брань даёт понять, что он снова ошпарился.

– Извини, – говорю я, и тут же меня начинает душить жуткий кашель. Мне кажется, что мои лёгкие выворачивает наизнанку.

Димка кроет меня матом и почему-то не кашляет.

Оба выбегаем на балкон.

– А сколько ещё варить? – спрашиваю моего всезнающего друга, перестав кашляет.

– Валёк говорил не меньше четырех часов, – Димка дует на покрасневшие пальцы правой руки.

Я смотрю на часы, мы варим от силы минут двадцать. Блин! В таком темпе через пару часов мы станем полными инвалидами.

– Давай не будем так часто перемешивать? – прошу я своего технического руководителя.

– Давай! – с азартом соглашается он и снова дует на пальцы.

Мы плотно закрываем дверь в кухню, идем в Димкину комнату. Валяемся на диване и слушаем музыку.