Дойти до горизонта

Сергей прикинул на глазок оставшиеся на поверхности сантиметры наших тел и ехидно хихикнул:

– Попробуй, а мы поглядим!

Толпа на берегу оживилась, приблизилась. Сидеть так дальше становилось неудобным. Надо было либо тонуть, либо выбираться.

Решили втаскивать сверху, с плота. Навалились локтями на бак, утопили его до дна, оперлись, выдернули из грунта ноги. Потом обвязали бак веревками.

– Девочки, есть типично женская работенка, – закричал Сергей.

Уже впятером, двое снизу, трое сверху, втянули бак на плот, привязали его к каркасу толстым промасленным вонючим канатом, подаренным мотористом с баржи.

– И все на том! – подвел итог погрузочным работам Сергей и стер с рук капли мазута.

– По местам стоять! С якоря сниматься! – весело гаркнул Валера.

Наступила торжественная минута. Несколько человек в провожающей нас толпе замахали руками и закричали что?то на прощанье. Стало чертовски приятно. Жизнь сулила одни положительные эмоции.

– Руби кормовой! – наслаждаясь моментом, командовал я – Поднять паруса!

Валера, ухватившись за фал, резко потянул его вниз.

Темное полотнище грот?паруса, сшитое из бязи и мешковины, поползло по мачте вверх. На берегу раздались смешки. Но на весельчаков шикнули. Торжественность момента возобладала. Все?таки это были паруса, и отходили мы не так себе – прогуляться до вечера, уходили в открытое море.

Грот вытянулся до топа мачты, схватил ветер. Плот зашуршал баллонами о воду, набирая скорость.

– А мы плывем! – удивленно ойкнула Монахова. – Честное слово, плывем.

Я обвел всех торжествующим взглядом. На моем лице недвусмысленно читалось, что все это естественно и иначе быть не может.

– Между прочим, ничего! – оценил начало плавания притихший Салифанов. – Почти хорошо. На берегу кто?то крикнул:

– Счастливого плавания!

Оживленно заметались над головами фуражки и носовые платки. Мы немедленно приосанились. Сергей несколько раз небрежно махнул рукой. Плот отходил все дальше. До берега уже было метров сто пятьдесят. Нас распирало от чувства собственной силы и исключительности.

В это время плот начал несильно уваливаться вправо.

– Андрей! – окликнула меня Татьяна, которая стояла возле руля и не знала, что предпринять.

Неспешной походкой человека, знающего себе цену, я направился на корму. Валера и Наташа почтительно расступились. Я чувствовал, что мой авторитет растет прямо пропорционально расстоянию, отделяющему нас от берега.

– Это делается так, – небрежно объяснил я Войцевой.