История Оуян Лианя

Прослышав, что в ближайшем городе есть несколько газет, они в ту же ночь снарядили отряд, который прошёл около шестидесяти ли[9 - Ли – китайская мера длины: тли = 500 м.], ворвался в город, завладел газетами и вернулся обратно. И это – реальный факт.

В углу нашего зала для собраний стоял жёлтый письменный стол, в ящиках которого хранились всевозможные журналы левого толка, а также коммунистические книги и газеты.

Выдачей и возвратом литературы занимался один из товарищей, дел у которого было невпроворот: с утра он выдавал эти книги и газеты на руки окружающим, а к вечеру собирал всё обратно.

Каждый, кроме трёх-четырёх совсем неграмотных выходцев из села, получал что-нибудь почитать. Все читали внимательно, хотя порой и с трудом, иногда задавая друг другу вопросы, точно школьники перед экзаменом.

Но даже не знавшие грамоты товарищи из крестьян порой подходили к читающим и интересовались:

– Что читаешь?

– Ежемесячник «Мэнъя»[10 - «Мэнъя» («Всходы») – ежемесячник китайской литературы, основанный в связи с учреждением «Лиги левых писателей» в 1930 г.

Главным редактором был Лу Синь, одним из редакторов – Жоу Ши. По мнению многих китайцев, из всех выходивших в те годы журналов «Мэнъя» носил самый революционный характер.], – отвечал я очередному подошедшему.

– Наш журнал?

– Да, о культурных аспектах пролетариата. Все редакторы и переводчики этого журнала – бойцы и писатели с чёткой идеологией! – И я вкратце пересказал ему содержание выпуска.

– О да, это наш журнал! – согласился он, тепло улыбнувшись.

В руках у каждого из нас постоянно были блокнот и карандаш, выданные нашей девушкой-снабженцем. Многие товарищи что-нибудь изучали и записывали в этих блокнотах. На собраниях они также писали, а когда собраний не было – делали зарисовки: «Наш председатель», «Наш товарищ Дун Цзян», «Наша товарищ, настоящая красавица!» Так назывались три портрета очень тонкой работы, которые я увидел в руках у представителя Красной армии. Глядя на них, я тут же вспомнил о шаржах, что рисуют по заказу на улицах в Новый год по старому календарю.

Может, это и есть так называемое «искусство народных масс»? И разве это – не основа любого искусства? Ведь нам действительно нужны художники из народа!

Зачастую товарищи, сжимая тетради, уточняли у меня написание старых или особо сложных иероглифов.

– Как пишется «чун» в слове «атака»[11 - «Атака» по-китайски «чунфэн».]?

Нацарапав один лишь первый элемент, они просили меня завершить мудрёные закорючки.