Дело об убийстве без мотива

Кому нужна умная жена? Вот и у Ли уже сколько мужей было? Не то трое, не то четверо. И никто долго не продержался. Ничему ее жизнь не учит. Хотя выглядит неплохо, да. На лицо Рудольфа наползла улыбка.

Минут через пять он заметил появившуюся на пляже фигуру мужчины. Кто же это? Бунгерт напряг зрение… Вроде, Ненашев. Точно он. Поставил себе шезлонг не рядом с Лианой, а отгородившись от нее шезлонгом Рудольфа. Да он же боится ее, Рудольф и раньше замечал.

Спрыгнув с волнореза и на какое-то время уйдя под воду, Бунгерт направился к берегу.

– Здорово плаваете, мистер Бунгерт, – Алекс восхищенно помотал головой.

– Слушай, да брось ты этого «мистера», – с легким раздражением сказал Рудольф. – Я ведь уже говорил, зови меня по имени.

Ненашев неуверенно кивнул:

– Хорошо… Рудольф.

– Пока ты изображал из себя статую посреди бескрайних морских просторов, мы с Алексом тоже обсудили заявление Акмана, – вступила в разговор Лиана, не поднимая головы.

Рудольф неопределенно хмыкнул, не выказав особой заинтересованности.

– Да? И что думает Алекс? – бросил он.

Прежде чем ответить, тот прочистил горло.

– Мне тоже кажется, что, как бы нелепо это не выглядело, мистер Акман говорил серьезно. Я согласен с миссис Виртанен…

Лиана издала не то стон, не то рычание, развернулась и села на шезлонге. Смерила с головы до ног взглядом Ненашева, затем повернулась к Бунгерту.

– Ну что с ним делать, а? Может, мне его отшлепать? Алекс, тебе сколько – двадцать пять?

– Двадцать шесть.

– Тем более. Чего ж ты ведешь себя, словно тебе двенадцать? Если будешь продолжать в том же духе, я велю тебе называть меня тетей Лианой и не буду позволять гулять после девяти вечера.

Ненашев натянуто засмеялся.

– Лиана, – выдавил он из себя, – я и так смущен вашей красотой, не доводите меня до полного онемения.

Лиана снова посмотрела на него, на сей раз с заметным одобрением.

– Если ты сделаешь над собой еще одно усилие и станешь называть меня Ли, я разрешу тебе принести мне стаканчик сухого мартини.

Алекс соскочил с шезлонга с такой поспешностью, словно солдат, получивший приказ лично от самого верховного главнокомандующего, и зашагал к навесу, под которым выстроились холодильники.

Рудольф вздохнул с утрированной горечью.

– Вот как? Значит, ему позволено говорить комплименты?

– Ну… это долго объяснять, – Лиана махнула рукой и засмеялась.