Когда ангелы слепы

Слышавшие это судьи сдержанно молчали, злобно взирая на свою подсудимую.

– Была ли ты на Блоксберге, или в каких-нибудь других местах, где ведьмы обычно устраивают свои сборища? – так и не получив ответа на первый, задал следующий вопрос отец Якоб.

– Все вы будете погребены заживо, – повторила старуха свою излюбленную угрозу.

– Случалось ли тебе по указке дьявола выкапывать из могил детей, умерших некрещёными? – продолжил задавать свои вопросы священник.

Но старуха промолчала, лишь что-то шепча под собственный нос.

– Довольно! – громогласно заявил Ганс Рихтер, что есть сил стукнув по столу кулаком. – Довольно, – повторил он. – Суд располагает достаточными основаниями для вынесения приговора. В дальнейшем допросе подсудимой нет никакой необходимости.

Немного посовещавшись с Германом Приссом, Ганс Рихтер велел снова надеть на подсудимую ведьмину сбрую, и сразу же после этого решил объявить приговор.

Приговор гласил: «За осквернение церкви и порчу церковного имущества жительница кёльнского пригорода Роденкирхена Ута Франц приговорена к прижиганию раскалённым железом.

Нанесённые ею материальные убытки надлежит компенсировать за счёт продажи конфискованного у неё имущества. За злостное оскорбление, нанесённое его святости герцогу Вестфальскому, архиепископу Кёльна, князю-епископу Падерборна, его высочайшей святости Герману фон Виду, у подсудимой надлежит отнять язык, впредь лишив её возможности говорить. За колдовство и связь с дьявольской силой подсудимая приговорена к приведению от жизни к смерти посредством огня, без каких-либо послаблений. »

Привести приговор в исполнение следовало завтра, в это же время дня.

Едва разобравшись с главной преступницей, чьей казни ожидал весь город, трибунал решил сразу же разобраться и с её дочерью, которая также непременно должна была оказаться ведьмой.

Тридцатилетняя Магда Франц, известная на весь Роденкирхен «жрица Венеры», предстала перед ведьмовским трибуналом, будучи, как и её мать, закованной в кандалы, но без ведьминой сбруи на голове, кою не сочли нужным надевать по причине её спокойного поведения.

В отличие от своей матери, Магда ясно ответила на предварительные вопросы, назвав своё имя, сословие и место жительства.

На заданный ей вопрос: «Является ли она ведьмой?», она ответила, что не знает. На вопрос: «Учила ли её мать колдовству?», она ответила, что матушка в детстве многому её учила и, может быть, научила и колдовству.