Наполеон

С 1751 года томом за том, преодолевая все препятствия – официальное запрещение властей, осуждение римского папы и французской католической церкви. Осмеяние подкупленными правительством продажных автором, – выходила ставшая знаменитой Энциклопедия.

Энциклопедия была примечательна прежде всего тем, что она объединяла под своим знаменем целую армию философ, как называли в ту пору всех передовых мыслителей века. Вольтер, Дидро, Даламбер, Жан-Жак Руссо, Бюффон, Гельвеций, Гольбах, Кондильяк, Рейналь, Мабли, Кондорсе, Кенэ, Тюрго, Дюпон де Немур и другие известные имена – между этим людьми были существенные различие, они во многом расходились между собой, но их объединяло то общее, что все они отстаивали новое, представляли разные оттенки мысли молодых революционных сил, смело атаковавших старый феодальный строй, его учреждения и его идеологию.

Впервые не только Франция, но весь образованный мир буржуазии и народных масс, выступавших широким, сплочённым фронтом против общего врага.

В 1758 году опубликовал книгу Гельвеция О духе и Экономической таблицахКенэ.

В 1762 году вышли в свет Общественный договор и Эмиль Жан-Жака Руссо – книги, потрясшие современников.

Уже современники называли XVIII век – веком разума и веком просвещения. Свободомыслие, растущие стремление к знаниям, прогресс естественных наук и появление множества новых машин, завершившееся в 1765 году важнейшим изобретением – парового двигателя, сопровождались некоторой демократизацией образования.

Французское Просвещение достигло вершины своей мощи и влияния.

Париж был его умственным центром, в глаз всех современников, он оставался духовной столицы всего просвещенного мира.

Все завоевание в века Людовик XIV было утрачено. Франция должна была отдать Англии свои колониальные и людские потери, она потеряла большее – веками создаваемый престиж великой державы, претендующей на первенство.

Война была крайне непопулярна. Страна была истощена, крестьянство голодало, во всех делах был застой. Правительство, испытывавшее вечный недостаток в средствах вследствие прогрессировавшее расходов, знало лишь один путь – увеличение налогов.

– Наш век – бедный век, – говорил Вольтер в сентябре 1758, – Франция, конечно, будет существовать, но ее слава, ее благоденствие, ее былое превосходство… что станется со всем этим?

Король Людовик XV, тот самый, которой говорил:

– Apresnous – ledeluge! (После нас – хоть потоп)

Нимало не был обеспокоен ходом событий.