Прóклятое золото Колымы

Дошедшие до Владивостока сообщения о Кровавом воскресенье, о восстании на Черноморском флоте, о крейсере «Очаков» и лейтенанте Шмидте оказали огромное влияние на настроение солдат и матросов. Во Владивостоке было много (около 60 тысяч) солдат и матросов – участников Цусимского сражения, обороны Порт-Артура и боёв в Маньчжурии, которые считали, что их предали и царское правительство, и командиры.

После получения во Владивостоке царского Манифеста от 17 октября революционное движение начало охватывать более широкие массы.

По всему городу стихийно возникали собрания и митинги, а 30 октября разразилось восстание.

В своих воспоминаниях очевидец этих событий адмирал Цывинский писал:

«Бунт во Владивостоке был грандиознее всех. Там бунтовали десятки тысяч команд (сухопутных и морских), возвращённых из японского плена. Пылал весь город, громили все лавки, морское собрание, офицерские квартиры, дом командира порта и многие другие. Пострадали больше всего торговый дом «Кунст и Альберс», где были собраны большие запасы вина и прочего».

В самой круговерти этих событий оказалась и сестра милосердия Валерия Мацкевич.

По Владивостоку небезопасно было ходить не только по вечерам, но и даже днём: военно-морской госпиталь, в котором служила Валерия, располагался в то время в окраинной части города. Валерия припозднилась и возвращалась в госпиталь ближе к вечеру. Она заметила, что за ней увязалась тройка подвыпивших солдат. Валерия ускорила шаги, солдаты сделали то же самое. Она почти побежала и услышала топот преследователей.

Тогда она вытащила из сумочки подаренный братом револьвер «Велодог»[5 - Велодог – карманный револьвер, изобретённый во Франции ХIХ века. Использовался для защиты велосипедистов от уличных собак. Впоследствии стал применяться как оружие самообороны. Носили эти миниатюрные револьверы в специальных кобурах, напоминающих портмоне. Серьёзным оружием велодоги не являлись.], остановилась и резко повернулась к солдатам, вытянув руку с пистолетом как для выстрела.

– Ну и шо ты сделаешь со своей пукалкой, – издевательски захохотал самый смелый из тройки.

Валерия, не вдаваясь в переговоры, выстрелила один раз, второй, третий раз. Самый смелый схватился за плечо и застонал. Троица остановилась.

– Ах ты, сучка! Ах ты, лахудра драная, – взревел раненый, – да мы тебя щас…

Но не успели. Из ворот госпиталя, услышав выстрел, выскочили солдаты караульной роты и защёлкали затворами. До ворот госпиталя осталось каких-то сто саженей.