Русский Моцартеум

Понятно, что там, за океаном, хотели бы знать о бывших врагах побольше. А тут еще эти наши вольнолюбцы без конца твердят, что в свободном демократическом обществе не может быть организаций, подобных нашей; что мы просто отрыжка тоталитарного режима, и о нас, если кто печется, то лишь оппозиция, чтобы свалить на контору все скопом: провалы агентов в резидентурах и вспышки шпиономании. Поэтому «радетели» России мечтают придать огласке списки именно тех агентов, кто искренне помогал нам в период СССР.

Так что тебе нужно будет держать ухо не востро, а обоюдоостро. Ты для них, в свою очередь, наживка.

Я кивнул.

Сансаныч выдержал паузу, затем посмотрел мне в глаза и негромко сказал:

– К сожалению, мне пришлось внести коррективы в первоначальный план. Мы получили новые сведения. – Он придвинул к себе лист бумаги и, взяв шариковую ручку, что-то написал. Потом отложил ручку, перевернул бумагу и передал ее через стол мне. – Знаешь, что означает это слово, Рудольф?

Я взглянул на бумагу.

На ней печатными буквами было выведено «Соня Шерманн». Я выпрямился и уставился широко открытыми глазами на шефа.

– Загадка за семью печатями.

Сансаныч скомкал лист бумаги и поджег его в пепельнице, подождал, пока он сгорит до конца, и аккуратно растер пепел.

– Дело в том, что возможен любой исход операции. И запасной аэродром тебе не повредит.

– Естественно.

– Это очень большая тайна, – серьезным тоном произнес Сансаныч. – Кто его знает, как пойдут отношения между нами и американцами.

И еще: пресловутый византийский фактор. У нас в конторе как с погодой: все может быть…

– Понимаю, – произнес я.

– С другой стороны, пока американцам известно меньше, чем они хотели бы знать.

– Да, шеф, так и должно быть.

– Пока наверху царствует эйфория: все кругом друзья, а враги то ли испарились, то ли перебазировались на другие планеты, преимущество у них резко возросло. – Сансаныч посмотрел на меня так, как смотрит строгий преподаватель на нерадивого ученика.

 – Знаешь, какого оружия больше всего опасаются англо-саксы?

Я пожал плечами.

– Думаю, это межконтинентальные баллистические ракеты, шеф.

– Вот ты и не прав. У тех же межконтинентальных ядерных ракет есть крупный недостаток – их пускают с установок постоянного базирования, которые может засечь вражеская разведка. И все равно: американцам нужно принять целый комплекс контрмер.