Москва за нами

Один лишь полный, с большим животом человек, с крупной лысеющей головой, благородным лицом и добродушным выражением глаз, наблюдавший за тощим, посочувствовал ему. Это был мужчина высокого роста, чуть ли не в два раза выше тощего. Выплеснув остатки мыльной воды, он протянул ему свой тазик:

– Возьмите, пожалуйста, мойтесь пока, а я пойду в парную.

– Селедявкин, – сказал тощий, протягивая ему руку.

– Флобустеров, – отрекомендовался высокий, представительный мужчина.

Вернувшись из парной, краснокожий, весь в поту, Флобустеров спросил у Селедявкина:

– А что у вас с ногами?

– Мозоли… Водянки на подошве.

Операцию несколько лет собираюсь делать. Да вот не соберусь.

Так состоялась неожиданная встреча в бане двух до этого незнакомых людей.

* * *

В жизни порой происходят странные сближения людей… Случайные обстоятельства, взаимные услуги иногда делают их друзьями. Так обычный банный тазик сдружил двух ученых: доктора филологии, профессора Флобустерова и доктора биологических наук, доцента Селедявкина.

– Меня преследует всю жизнь невезучесть, – жаловался Селедявкин. – В то время, когда многие мои однокашники по университету давно уже ходят в академиках, я вот несколько лет бьюсь над раскрытием тайн жизни мухи.

…Увлекшись повествованием о своих научных достижениях, а главным образом о неудачах, Селедявкин отстал от своей группы и попал в команду «богатырей», как назвал ее старшина Дзюба.

Из выданного старшиной обмундирования Селедяв-кину подходили только ботинки сорок четвертого размера.

Что касается гимнастерки и шаровар, то они предназначались не для его тощей фигуры. Примеренная Селедявкиным гимнастерка больше походила на женское платье и была ему ниже колен, а шаровары… В них он буквально утопал, а ширинка приходилась ему где-то на груди.

Флобустеров поглядел на то, как примерял шаровары Селедявкин и, не в силах сдержать улыбки, сказал ему:

– Они вам, батенька мой, чуть великоваты… Чем-то ваши шаровары напомнили мне шаровары гоголевского Тараса Бульбы… Широкие.

«Черное море с тысячью складок и со сборками…»

Но когда Селедявкин обратился за помощью к старшине, тот отругал его за недисциплинированность.

– Вы чого видстали вид своей команды? Шо я вам, швейна фабрика, чи у мэне склад удяга? Не жмэ, и добра. Разок постирайте, воно сядэ.

Иного выхода не было. И Селедявкину ничего не оставалось, как облачиться в то, что имелось.

– Вот видите, Евгений Александрович, я не мистик, но и тут злой рок преследует меня.