Мирелла

И уже задумала было бросить ведра и бежать. Да только некуда: всюду пришлось бы миновать прокаженного. Она взглянула на запертые дома. Постучи она в такой, впустят ли хозяева? Голос трезвого рассудка шепнул ей, что нечего и пытаться.

Прокаженные неумолимо приближались. И уж мерещилось Мирелле, как ползет на нее жуткий недуг. Кожу проняла дрожь. Пальцы на ногах поджались. Она мечтала умалиться до крошки.

Один прокаженный уже добрел до Миреллы. Узрев ее, он замер на миг и разинул рот – до того обык видеть град безлюдным.

И тут же ринулся к углублению в стене. Он потупил голову и вжался в него всем телом, дабы занять поменьше места, дать ей пройти. Мирелла уняла дыхание и решилась.

Когда же поравнялась она с прокаженным, тот заметил, что пола его балахона отстала. Он подобрал ее к ноге, дабы увериться, что водоноске не грозит быть мимоходом задетой тканью. Что-то в Мирелле поворотилось от его движения. Будто зерно запало в душу, только неясно – какое.

Она раскрыла рот, вновь вобрала ноздрями воздух.

И вспомнила о великой лестнице мира, мысленно дополнив ее:

Бог

?

Император Священной империи германской

?

Князья

?

Бургомистр

?

Члены магистрата

?

Знатные горожане

?

Ремесленики

?

Торговцы

?

Сторожевые псы

?

Женщины

?

Нищие

?

Мирелла

?

Дети

?

Прокаженные

Повинуясь порыву, она вдруг стала пред прокаженным и спросила:

– Не желаете ли воды, сударь?

Прокаженный поднял взгляд и оторопело воззрился на нее.

Болезнь не успела искалечить его лицо.

Робко, как бы еще неуверенно прокаженный вынул из мешка плошку, коей его наделили вместе с трещоткой в день, когда должен он был оставить свой дом и вступить в сословие прокаженных. Отныне лишь сими двумя вещами мог он владеть. Мирелла протянула ему ведро.

– Мне нельзя окунать плошку в ведро, таков запрет, – сказал он.

Мирелла кивнула. Она подняла ведро двумя руками. И налила воду так, чтобы не коснуться ведром плошки.

Жажда у прокаженного была велика. Он пил с наслаждением, крупными глотками. Мирелла взглянула на его руки, все в повязках. И отвела взор. Пальцев недоставало.

Прокаженный любезно поблагодарил ее, и Мирелла, чье лицо обыкновенно хранило суровость, улыбнулась в ответ. Она распрямилась, взвалила ведра на плечи и пошла прочь. И вновь в голове ее зазвучала та музыка, в такт шагам.

Позади прокаженный продолжил свой путь.