Под светом двух лун

Вениамин без сознания рухнул на пол.

Сигурни и Сталкер испуганно глядели на лежащего посреди комнаты барсука. Безмолвие нарушил Сталкер:

– Что это было? Что это за хрень такая? Кто это? Как такое вообще возможно? Что за мистика здесь творится?

Сигурни на мгновенье кинула раздраженный взгляд на Сталкера, подошла к барсуку и осторожно дотронулась до него. Барсук не шевелился. Она провела рукой по телу, слегка потрясла его, но реакции не последовало. Сигурни поспешно встала, вышла из комнаты, оставив Сталкера наедине со страхом.

С опаской глядя на Вениамина, Сталкер то и дело косился в сторону двери. Мысль о том, что было бы лучше забыть об обещанных деньгах и бежать из этого дома подальше, не давала ему покоя. Он уже сто раз пожалел о том, что принял приглашение переночевать.

Тут Сигурни вернулась. Она держала в руке стакан воды. Женщина повернула Вениамина к себе, смочила пальцы в стакане и несколько раз брызнула ему на морду. Барсук дернулся и, слегка поморщившись, приоткрыл глаза.

– Ну вот, так-то лучше, – тихим, но уверенным голосом произнесла Сигурни. – Я уже подумала, что всё…

Барсук открыл глаза пошире и тихонько проговорил:

– Ненароком.

Еще не успев привыкнуть к говорящему животному, Сигурни не переставала удивляться. Широко открыв глаза, но уже без испуга и смятения, она лучезарно улыбнулась. Барсук приподнялся, присел на задние лапы, потянулся к стакану с водой. Выпив все его содержимое, он озадаченно посмотрел себе на грудь и несколько раз провел лапой по медальону, который как будто врос в кожу.

Между тем Сталкер уже начал думать, что свихнулся. Позабыв о синяках и ссадинах, он чувствовал, как шевелились волосы на его голове, руки и ноги покрылись гусиной кожей. Он впал в ступор, а в виски колокольным звоном с силой долбило сердце. Тогда он присел на диван и попытался проглотить слюну, которой практически не было – от сильного возбуждения в горле все пересохло.

– Его зовут Вениамин, – произнесла Сигурни.

Сталкер попытался изобразить дружелюбную улыбку, но она оказалась похожей на гримасу боли, сдавленно выдавил из себя пищащим голосом:

– Вениамин… Очень приятно.

– Давай разберемся с тем, что здесь произошло, – утвердительно заявила Сигурни.

– Может, нам не стоит ничего выяснять? И вообще, кажется, мне пора. Да, пожалуй, я пойду.

Барсук поднял лапу, похлопал себя по груди и снова произнес:

– Ненароком!

Сталкер вновь попытался улыбнуться.