Виктор Тихонов творец «Красной машины». КГБ играет в хоккей

– Сколько мы с тобой, Мирослав, не виделись? – разливая водку по рюмкам, спросил Скурлатов. – Лет десять?

– Девять, – поправил собеседника Чапек. – Я приезжал в Москву сразу после августовских событий, чтобы получить новое назначение.

– А ведь ты не рвался его получать. Скажи, почему?

– Потому что не во всем был согласен с вводом ваших войск к нам.

– Но ты же военный человек и должен был понимать, что без этого ввода было уже никак не обойтись – слишком далеко зашла у вас ситуация. После того, как вы в марте 68-го отменили цензуру, у вас возникли предпосылки для создания политических партий и организаций, существовавших до 1948 года.

И мы понимали, что в первые годы компартия еще бы играла главную скрипку, но потом ее влияние было бы подорвано. И верх взяла бы какая-нибудь социал-демократическая партия с буржуазным уклоном. Разве мы могли этого допустить?

– Как у вас, у русских, говорится: это было вилами по воде писано.

– Нет, не вилами, Мирослав, а кровью. Кровью шестисот тысяч наших солдат, которые погибли, освобождая Чехословакию от фашизма.

– Я тоже освобождал свою родину от фашизма, Леонтий. Неужели ты думаешь, что я бы допустил ситуацию, когда наши завоевания достались бы нашим врагам?

– Смотря кого ты считаешь врагами: собственную буржуазию или американцев. Ваша продажная интеллигенция, приди она к власти в 68-м, добилась бы выхода своей страны из Варшавского договора.

– Ты снова ошибаешься. Наше руководство во главе с Дубчеком хотело лишь вернуть доверие населения, потерянное в последние годы.

Если бы вы дали нам это сделать, мы продолжили бы наше сотрудничество на новых, гораздо более прочных условиях.

– Прочнее, чем теперь?

– Мы же реалисты, Леонтий, и должны понимать, что сегодня ситуация зашла уже слишком далеко. Подросла молодежь, которая мыслит иными категориями, чем мы когда-то. И события 68-го года стали тем фундаментом, на котором базируется ее радикализм.

– Ты хотел сказать антисоветизм.

– Понимай, как хочешь, – и Чапек опрокинул в себя новую порцию водки, закусывая ее семгой.

– А чего тут особенно понимать, если даже в курируемой тобой команде этот самый антисоветизм растет и процветает. Думаешь, мы ничего об этом не знаем?

– Думаю, что знаете, – не стал спорить Чапек.

– А ведь «Дукла» – команда вооруженных сил Чехословакии. Куда смотрят ваши политорганы, Мирослав?

– Я тебе говорю, Леонтий, а ты меня не слушаешь. Выросла молодежь, которая мыслит иначе, чем мы когда-то.