Мавры при Филиппе III

В числе последних были и сокровища рода д’Альберикова.

Все драгоценности, какие увидела здесь Маргарита, напомнили ей сказки Шехерезады. Здесь между колоннами, в мраморных бассейнах, были насыпаны золотые монеты, времен первых халифов Кордовы и царей Гранады. В кедровых ящиках лежали ожерелья и оружие, осыпанные драгоценными каменьями. По сторонам лежали груды слитков серебра и золота, и, наконец, в хрустальных чашах сияли алмазы, яхонты и изумруды.

Маргарита с таким удивлением смотрела на это чудесное видение, что боялась ступить или заговорить.

– Ваше Величество, удостоите ли последнею милостью вашего верноподданного?

– Что такое, говори?

– Я буду помнить этот день, день самый счастливый в моей жизни, – произнес Иесид, – но был бы еще счастливее, если бы смел иметь надежду, что и вы, Ваше Величество, будете вспоминать о нем.

– Я это тебе обещаю, Иесид.

– Так докажите это, Ваше Величество, и простите мою дерзость…

Произнося эти слова, он взял одну из богатейших ваз и, опрокинув, высыпал королеве на колени множество алмазов и других драгоценных каменьев.

Маргарита, взглянув на Иесида, увидела в глазах его такое отражение чувств преданности, почтения и опасения, что не могла принять строгий вид, – и из груды дорогих каменьев она взяла самый ничтожный, бирюзовый камень, с какой-то вырезанной на нем надписью.

– Ты видишь, что я прощаю, – сказала она Иесиду, затрепетавшему от радости.

Иесид молчал.

– Неужели ты вполне счастлив, и не желаешь ничего от своих государей?

– Для меня ничего не надо, но… для другого… много!

– Для кого, скажи?

– Для друга… для друга моего родителя, для благородного и заслуженного человека, у которого отнимают единственное его достояние, – честь!

– И ты за него хочешь просить?

– Да, Ваше Величество, прошу правосудия.

– И получишь. Говори, Иесид.

И он рассказал Маргарите всю историю дона Хуана д’Агилара, который не мог сам дойти до короля, пред ним оправдаться и доказать свою невинность.

– Я сама отдам и прочту королю, – сказала Маргарита, принимая поданную Иесидом записку, – но ты не говори никому, даже и своему отцу об этом.

– Клянусь, Ваше Величество! Бывает счастье, которое не хочется ни с кем разделить, но я теперь счастлив тем, что имею тайну с Вашим Величеством.