Морской царь

Вроде бы все коротко, деловито и отстраненно, но в этой деловитости почему-то было больше жестокости, чем если бы голову рубил обыкновенный палач. Позже воеводы единодушно с глазу на глаз подтвердили это личное ощущение князя.

Пока возвращали и впрягали лошадь для второго раза, среди ратников прошло небольшое шушуканье, и к ногам Дарника легла россыпь золотых и серебряных монет вместе с кучкой женских украшений. Как потом подсчитали, стоимость выкупа была не выше восьмидесяти дирхемов, но придираться особо никто не захотел: довольны остались все, включая князя.

Теперь ему уже определенно нельзя было никуда уезжать, согласие с дарпольцами не только утвердилось, но даже окропилось нужной жертвой.

Зимний поход тем не менее все равно состоялся. Из отобранной Дарником хоругви отказников нашлось человек сорок, остальные продолжали рваться в путь, дабы заслужить уважение князя и не стать посмешищем для остального войска. Возглавил походников липовец Потепа, известный своей силой и молодечеством.

Его помощниками назначены были ученый писарь Бажен и один из десятских Сигиберда, якобы для мудрого совета, а больше на случай встречи с единоплеменниками абориков.

Было объявлено, что хоругвь направляется по старой караванной дороге в Хорезм. Князь с Корнеем провожали потеповцев верст десять, после чего княжеский разъезд повернул своих коней восвояси. По уговору хоругвь должна была двигаться на восток еще полдня, потом переночевать и повернуть на север и вдоль левого берега Яика подниматься насколько возможно до верховьев реки, чтобы найти источник снабжения Хемода железной рудой, горючим камнем и самоцветами.

В драку не вступать, только торговать, на что походникам даны были четыреста аршин хорошего сукна и пятьсот дирхемов.

3

– Скажи князю: кутигуры идут! – Крик ворвавшегося в княжеские хоромы дозорного был хорошо слышен и на верхнем ярусе.

Дарник с Корнеем, Ратаем и Сигибердом как раз составляли список новых закупок в Хемоде и лишь озадаченно переглянулись между собой.

Первым среагировал Корней:

– Вся орда, что ли?

– Не, посольство, скорее всего, – предположил оружейник.

– Судя по крику, очень большое посольство, – заметил Сигиберд, за год тесного общения со словенами вполне перенявший вечную насмешливость молодых воевод.

– Афобий, доспехи! – громко позвал князь оруженосца.

Ближние советники заспешили на выход – самим облачаться.