Древний МагиКон

Достичь Садов Эдемских они не в силе, но они по-прежнему стремятся к миру людскому, жемчужине всех творений Создателя. Были времена, когда Падшие свободно приходили в этот мир – злость, пороки и война свирепствовали всюду. Такое было не раз, и в последний, Господь более не стал очищать мир людской от скверны новым бедствием, как то было во время Ноево. В этот раз он спустился сюда Сам, во плоти и крови. Он принял смерть и искупил все грехи человеческие, а Ад запечатал. Минуло полторы тысячелетия и Инфернальная завеса истончилась.

– И этим кем-то поручено стать нам? – уточнила худая высокая ведьма с широкой косой светло-русых волос.

– Верно, – улыбнулся старец, – Вам. Вам и вашим потомкам следует хранить и поддерживать эти печати. Хранить до тех пор, покуда Он сам не явится. Покуда вновь не сойдет на землю. А теперь пойдемте, я расскажу как вам эти самые печати наложить.

Седобородый вдруг остановился и обводя рукой разрушения, прохрипел с неуместной весёлостью:

– Да! И вот это всё надобно будет прибрать.

Открытие силы

«Вы видите вещи, и вы спрашиваете: «Почему?» А я мечтаю о вещах, которых никогда не было, и говорю: «Почему бы и нет?»»

(Джордж Бернард Шоу (https://bbf.ru/quotes/?author=34467))

***

Вечер 13 апреля 2010 года выдался скверным и пасмурным. Огромные тёмно-синие, почти черные тучи находили над небольшим посёлком в Южной части России.

В это время где-то в своих теплых постелях, каждая в своём домике или квартире, проснулись четыре пожилые женщины. Всех старушек разбудили не ужасные раскаты грома, яркие вспышки молнии и подыгрывающий своему оркестру ветер. Нет, они проснулись по другой причине. Они почувствовали, и они всё поняли.

– Вера, – прошептала одна из старушек и побежала в соседнюю комнату.

Спутанная копна каштановых волос, торчащих в разные стороны после крепкого сна, придавали старой женщине вид растерянности и легкого безумия. И этот вид не обманывал.

В соседней комнате на прикроватном столике стояла кружка с водой, рядом лежали очки с круглыми линзами в модной дорогой оправе, а на широкой кровати лежала ещё одна дама. Гром не разбудил Веру.