Правда и блаженство

– Днепропетровск – это, наверно, далеко?

– Не очень. Иркутск дальше, – бескрасочно сказал Федор Федорович; он почти не взглянул на Серафиму, смотрел на ее заведение. – Мне нужно позавтракать. Я ничего не ел.

– Да, конечно, я вас покормлю, – подчиняясь его словам, выпалила Серафима.

Из закусочной Федор Федорович вышел размягченным, с уравновешенными мыслями. Воин не должен судить женщин, это слабые существа! Женщина – обслуга воина. Она его обслуга повсюду: в столовой, в постели, в медсанбате.

Федор Федорович Сенников станет завсегдатаем «Мутного глаза», прозвище ему присвоят военное, с повышением настоящего звания на одну ступень, будто добавят звезду к погону – «Полковник».

XIV

Вечером, возвратясь с работы, мать наказала Лешке:

– Встретила библиотекаршу Людмилу… – усмехнулась, – Людмилу Вилорьевну. Вся такая красотка плывет…

Холодок пробежал меж лопаток Лешки: неужель нажаловалась за баню?

– Велела тебе к ней зайти. К двенадцати.

– Зачем? – с пересохшим горлом спросил Лешка.

– Всем, говорит, маленьким читателям подарки к школе приготовлены. Завтра ступай!

Лешка швыркнул бессопливым носом: вдруг библиотекарша ловчит – устроит взбучку: чего на голые голяшки зырился!

Он тихим тоном решил запрячь брата:

– Пашка, сходи завтра в библиотеку за подарком. Скажи этой, Вилорьевне, что я болею.

– Ты же не болеешь, – охладил правдой Пашка. – Зачем врать-то? Мамка говорит, нельзя на кого-то болезнь насказывать.

В заговорщики Пашка не годится.

– Мам! А почему у нее отчество такое? – окликнул Пашка мать.

– Отца звали Вилор. Если расшифровать: Владимир Ильич Ленин организатор революции… В ранешны годы много начудили с этой революцией. У нас в школе девчушка училась, Октябриной звать и паренек по имени Сталь.

На другой день Лешка отправился к библиотекарше, окострыженный, будто не за поощрением, а за тумаками.

– О! Шалунишка! – весело сверкнули золотые дужки библиотекаршиных очков.

То, чего опасался Лешка, – головомойки за подглядку у бани, – бояться не следовало: Людмила Вилорьевна встретила его приветливо и даже прижала к своему бедру, что, безусловно, свидетельствовало о прощении.

– Ты скоро станешь школьником. Ты смышленый мальчик. Учись только на «отлично»… Тебе как одному из самых юных читателей приготовлен сюрприз. Я вручу его тебе торжественно, когда соберутся другие ребята. Пока посиди в зале, посмотри книжки.

Библиотека не велика. Вроде как изба-читальня из «ранешных» времен.