Закон волка

Рыжая кудрявая копна волос в тусклом свете лампы горит, как факел. Аккуратная бородка волной сглаживает острые скулы. Тонкий нос, слегка подрумяненный солнцем. Спокойные голубые глаза. Сильно выделяющиеся надбровные дуги, с очень светлыми, едва заметными бровями. Высокий лоб. С Леши можно рисовать иконы. Таких красивых мужиков я редко встречал в своей жизни.

– Я был на острове, Леша, – ответил я и вздохнул. – Сколько крабов ты вытащил сегодня?

На вопрос он не ответил. Леша не любил говорить попусту.

– Собственно, – произнес он, не сводя с меня глаз, – я так и сказал Анне – с тобой вряд ли могло случится что-нибудь серьезное… Или я не прав?

– Ты не прав, потому что… потому что не пьешь, а грог остывает. Сделай милость, возьми из шкафа стакан и налей сам. Я еле руками двигаю.

– Ты выпал с лодки? – спросил Леша.

– Почему ты так решил?

– Если находят лодку без гребца…

– А кто нашел лодку? – перебил я его.

– Насколько мне известно, пограничники.

По номеру определили, к какому причалу она приписана, и пригнали ее к берегу.

– Не знаешь, они обо мне что-нибудь спрашивали?

– Мне рассказали, что Моргун, якобы, ловко соврал, будто лодку сорвало с пирса и отнесло ветром в море.

– Значит, Моргун знает, что я плавал на остров?

– Не уверен. Он спрашивал меня, куда ты плавал на лодке сегодня, но я ответил неопределенно: за крабами.

Ответы Леши меня успокаивали. Похоже на то, что кроме него и Анны никто не знал, что я был на острове.

– Так что с тобой стряслось? – спросил Леша.

Железное терпение у человека, подумал я. Если я откажусь отвечать, он не обидится и легко перейдет на другую тему. Леша тем и удобен, что мало интересуется моей личной жизнью. Он, к примеру, ни разу не спрашивал, кто для меня Анна – это тот вопрос, на который мне труднее всего ответить; он не проявлял любопытства к делам моего сыскного агентства, в то время как всякая малознакомая пьянь в поселке замучила вопросами о пойманных мною преступниках; Лешу совершенно не волновала и моя прошлая жизнь.

Мы встретились с ним в Голубой бухте, под водой, едва не столкнувшись лбами, когда занимались подводной охотой: я ловил крабов, а Леша, вооруженный ружьем с гарпуном, – камбал. Мне достаточно было несколько минут понаблюдать за ним под водой, чтобы понять – это ныряльщик высокого класса.