Я бриллианты меряю горстями

Гера улучил момент, встал и пошел по кроссовкам, ботинкам и туфлям.

– Мою справедливость определяет моя совесть, – ответил человек в маске. – Прежде чем принять заказ и приступить к его выполнению, я требую от заказчика объяснений.

– И вы уверены, что заказчик скажет вам правду?

– Я доверяю интуиции. Она меня никогда не подводила.

– Вы страшный человек…

– Справедливость, как и правда, страшна.

– Скажите, а вы смогли бы сейчас снять маску?

– Нет.

– Вы боитесь правосудия?

– Я боюсь славы и популярности.

Не хочу, чтобы на меня показывали пальцем в метро. Боюсь новых заказов – я завален работой выше крыши. А правосудие бессильно чем-либо навредить мне, потому что доказать мою причастность к убийствам невозможно. Я не оставляю ни следов, ни улик. Я никогда не повторяюсь.

– То есть, вы, говоря языком профессионалов, – мастер? – оживился ведущий. – Вы могли бы привести пример своего мастерства?

Гера уже выбрался на ступени и пошел наверх, к шторам, за которыми, как ему казалось, можно было найти выход из студии.

"К черту! К черту! – думал он. – Рожденный ползать летать не может. Пусть рецензии пишут юные вундкеркинды… Жрать хочу – умираю!"

– Пример? – отозвался за его спиной человек в маске. – Хорошо, я попробую рассказать… Недавно я получил задание ликвидировать человека, работающего в сфере обслуживания. А заказчиком был профессиональный политик. О нем я расскажу отдельно…

За шторами выхода не оказалось. Деревянный настил обрывался, как внешние стены античного амфитеатра.

Внизу громоздились фанерные декорации. Пахло пылью и мышами.

– … я выбрал себе роль клиента. Его появление рядом с жертвой всегда мотивировано. Но самое главное: я поставил дело так, чтобы сама жертва была заинтересована хранить время и место нашей встречи в тайне…

Гера пошел по краю настила к противоположной стороне "амфитеатра". Из-за штор, оделяющих его от зрительного зала, проникали голос человека в маске, покашливание зрителей и волна парфюмерных запахов.

– … никакого оружия, никаких контрольных выстрелов в голову. Убийство было замаскировано под несчастный случай. Я – клиент. Он меня обслуживает…

Почесывая щетинку на щеке, Гера посмотрел вниз, на сложенные штабелем звенья строительных лесов. Прыгать на них с трехметровой высоты – все равно, что с "тарзана" без резины. "А что у меня есть в холодильнике? – подумал он. – Кусочек сливочного масла и полкило костей, которые почему-то называются суповым набором.