Отсрочка от казни

Я взглянул на Влада и поправил повязку, сползшую ему на глаза.

– Тебя бы врачу показать.

– Брось! – махнул рукой Влад. – На мне все заживает, как на собаке. Но все-таки хотел бы я знать, что это за собака, которая шарахнула меня по балде.

Я прижал палец к губам и шепотом сказал:

– Сейчас покажу.

Мы дошли до купе под номером три. Влад вопросительно взглянул на меня, словно хотел узнать, какого черта я здесь забыл, и почему у меня такой загадочный вид. Хорошо, что он все-таки не спросил. Интуиция – это такая вещь, которая, как и аксиома, не поддается доказательству.

Не дожидаясь, пока меня начнут одолевать сомнения, я схватился за ручку и рванул дверь в сторону. Нашим глазам представилась смятая постель, остатки колбасы и сыра на тарелке и ополовиненная маленькая бутылочка коньяка. Милы в купе не было.

– Где она? – спросил Влад, словно я мог тотчас ответить на этот вопрос.

Вместо ответа я пошел дальше по коридору, открывая двери свободных купе. Все они оказались пусты.

Собственно, ничего особенного в том, что мы не обнаружили даму в своей постели, не было. Она могла выйти в туалет или в рабочий тамбур покурить. Может быть, она пошла вечером в вагон-ресторан, засиделась там и не смогла вернуться в наш запертый вагон. Это было ее право. Но великая вещь – азарт! Влад, обуреваемый желанием найти и наказать своего обидчика, уже не ведал про чьи-либо интересы или права.

– Та-а-ак! – с умным видом протянул он, вращая головой с такой силой, что конец бинта едва ли не хлестал меня плетью по лицу. – Хорошо порядочки! Одному ни за что, ни про что дали по балде, второй посреди ночи бино-мино устроил, третья вообще неизвестно где болтается! А проводница, наверное, десятый сон досматривает!.. Я наведу тут порядок! Я сейчас с каждым разберусь в отдельности!

Он прошел мимо купе проводницы, титана, встал напротив туалета и мягко надавил на ручку.

– Пожалуйста! – взмахнул он руками и самодовольно усмехнулся, словно сделал научное открытие. – Заперта!.. Будем ждать!

Сложив на груди руки, он оперся о перегородку. Его терпения хватило на полминуты.

– Эй, мадам! – крикнул он в щель между дверью и перегородкой. – Вы в вагоне, между прочим, не одна!

Я вздрогнул от тихого щелчка, раздавшегося за моей спиной. Обернувшись, я с удивлением увидел, как из купе проводницы вышла Мила.