Отсрочка от казни

Дама пошла вперед, заглядывая в каждое купе.

– Нет, – критически оглядывая диваны, покрытые девственно-чистым бельем, говорила она и шла дальше. – Нет, не здесь… Я хочу подальше от этого страшилы… Вот тут, пожалуй.

Она вошла в купе под номером три, но не села на диван, словно боялась, что я расценю это как приглашение к общению, а встала в дверях лицом ко мне.

– Спасибо. Бросьте его, все равно разбирать!

– Вы до Ташкента? – зачем-то спросил я, хотя мне было все равно.

Дама улыбнулась, набрала в грудь воздуха и, пропустив ответ, сказала:

– Спасибо!

– Как вас зовут? – не сдавался я.

– А вы уверены, что вам надо это знать?

– Нет, – признался я, удивляясь тому, как сильно на меня действует синдром командировки. – Просто нас здесь не так много, можно и представиться друг другу. К примеру, я встречу вас утром в коридоре и скажу: "Доброе утро!" и назову по имени. И вам будет приятно.

– Людмила, – призналась дама, но, скорее всего, это был псевдоним. – Можно просто Мила… Будьте здоровы!

Она решительно задвинула дверь, и, благодаря этому финалу, я смог, наконец, вернуться к Владу.

Когда я открыл дверь, то в первое мгновение не мог поверить своим глазам: напротив Влада, дружно хихикая и сжимая в руках запотевшие бокалы с шампанским, сидели уже знакомые мне девушки – Регина и Леся.

– Заходи! – широко взмахнул своей ручищей Влад. – И дверь закрывай, чтобы посторонние не глазели. С нами, говорят, негр едет?

Я покосился на стол. Пока меня не было, мой друг вместе с девчонками успел опустошить две бутылки шампанского.

Закинув полотенце на полочку, я сел рядом с Владом. Регина, очень хорошо улыбаясь, протянула мне свободный стакан, а Влад налил в него остатки шампанского из бутылки.

– Давай, за дружбу!

– Как? Уже за дружбу? – удивился я, переводя взгляд с Регины на Лесю и обратно.

– А какие проблемы? – вскинула тонкие брови Леся. Она сидела, откинувшись спиной на подушки, и покачивала ножкой, туго обтянутой джинсами-резинками.

 – Почему мы не можем выпить за дружбу?

– А потом за любовь, – тихо добавила Регина, спрятав губы в бокале.

– Я повинился перед ними, – объяснил мне Влад. – Все мы немножко погорячились, и я в том числе. Спорить было не о чем, вагон почти пустой.

Влад, оказывается, успел все разведать, и не хуже меня знал про негра и пустые места. Я подумал, что его покаяние перед девчонками преследовало вполне практичную и меркантильную цель.