Дом с золотой дверью

 – Можешь ли ты представить, чтобы Руфус и Квинт целыми днями только и думали, как бы нам угодить?

– Квинт на это точно не способен, – нахмурившись, отвечает Друзилла.

– Но он тебя обожает.

Друзилла мотает головой.

– Такому мужчине, как Квинт, рано или поздно непременно захочется новых впечатлений. И я боюсь, что случится это довольно скоро, – произносит Друзилла, поигрывая бокалом. Его наверняка выдули в мастерской напротив. Красное вино за синими стенками бокала кажется фиолетовым. – Ты знаешь, я его не люблю, но новый мужчина – это всегда непросто.

Амара не уверена, до конца ли она верит Друзилле, когда та говорит, что не любит Квинта. Так стараться, чтобы ублажить мужчину, и не начать испытывать к нему нежные чувства почти невозможно.

– Я все время сдерживаюсь, чтобы не выдать сразу все, чему научилась в «Волчьем логове», – говорит Амара, приподняв бровь. – Так у Руфуса еще будет немного поводов для удивления.

– Ты о том самом приемчике! – улыбается Друзилла.

Подруги заливаются смехом. Откинувшись на подушки, Амара наслаждается свободой говорить то, что хочется. Да, в лупанарии она прошла непростой путь – все, чему ее учил Феликс, давалось ей ценой нечеловеческих усилий, – но теперь, на воле, ей кажется, что все было не напрасно.

– Приск сегодня закончил фреску, – произносит Амара.

– Как думаешь, что скажет Руфус? Узнает ли он Дидону?

– Филос считает, что даже не заметит, – пожимает плечами Амара.

– Ты говоришь о Руфусе с Филосом? – голос Друзиллы становится резким. – Разумно ли это?

– Мы с Филосом дружили, когда оба были… – Амара осекается, не решаясь произнести то самое слово. – Когда оба были рабами.

– Но теперь ты свободна, а он по-прежнему нет. Филос принадлежит твоему любовнику. Будь осторожна в словах. Не ровен час, он решит, что должен пересказать их господину.

– Я ему доверяю, – отвечает Амара. – Не верю, что он на это способен.

Амара надеется, что так и есть. Ей слишком стыдно признать правоту Друзиллы. Признать, что ей одиноко и она не готова отдалиться от Филоса, признать, что тот – слуга Руфуса, а не ее друг. С кем еще в доме она может поговорить?

– Как там Примус? – спрашивает Амара, чтобы сменить тему.

– О! – Друзилла ударяет в ладоши, и лицо ее озаряется. – Ему так легко даются буквы! Он очень умный мальчик. Пойдем, пойдем, я тебе его покажу.