Мираж

Я полагал, что корректность требует, чтобы я обратился сначала к вам и попросил вашего согласия и содействия.

– Совершенно верно, и я ценю ваше доверие, но у моей Зинаиды своевольная романтическая головка; она рисует себе мир и жизнь совсем иными, чем они есть в действительности. Она хочет, чтобы ее любили и добивались ее любви. Если отец, передав ей самое прозаическое предложение, станет ходатайствовать за претендента, то она наверняка ответит отказом. Я это знаю; я не раз бывал в таком положении, и именно потому, что мне не хочется, чтобы вы потерпели неудачу, я советую вам поступить иначе.

Марвуд поморщился, ему указывали путь, который он, при всем желании, не мог избрать, потому что романтизм был несвойствен ему. Он знал, что, благодаря своему богатству и положению в свете, представляет блестящую партию даже для такой избалованной поклонниками девушки как Зинаида фон Осмар. Он как нельзя более корректно обратился со своим предложением к отцу и ожидал такого же корректного ответа, и вдруг, к его удивлению, оказалось, что консул относится к замужеству дочери совершенно не так, как это принято в высших кругах английского общества.

– Я желал бы пока только быть уверенным, что вы принимаете мое предложение и что я не встречу препятствия в виде… склонности мисс Зинаиды к кому-нибудь другому.

– Относительно этого я могу вас успокоить, – уверенно заявил Осмар. – Я не замечал, чтобы Зинаида отдавала предпочтение кому-нибудь из общества.

– Понятие «общество» может быть очень расширено, что, кажется, мисс Зинаида и делает.

В этих словах лорда слышалось такое явное раздражение, что консул, с удивлением взглянув на него, произнес:

– Что вы хотите сказать? Вы как будто имеете в виду какое-то совершенно определенное лицо. Будьте любезны высказаться яснее. Я понятия не имею, на кого вы можете намекать.

– Я вижу это и заранее прошу извинить, если это будет для вас не совсем приятным открытием. В вашем доме часто бывает господин Зоннек.

– Совершенно верно! Он – один из моих ближайших друзей. Но едва ли вы можете подозревать его.

– Нет, не его, а его фаворита, который всюду бывает с ним и мастерски воспользовался тем, что доставил победу вашей Фаиде.

Озадаченный Осмар с минуту молчал, но затем громко расхохотался.

– Эрвальд? Очевидно, ревность сыграла с вами злую шутку, милорд! У этого человека в голове только истоки Нила да приключения, которые ждут его в центральной Африке.