Крэнфорд

Когда же он умолк и внезапная тишина ее разбудила, она, почувствовав, что следует что-то сказать, и заметив, что мисс Пул считает петли, воскликнула:

– Какие миленькие стихи!

– Миленькие, сударыня? Они великолепны! Подумать только – миленькие!

– О да! Я и хотела сказать – великолепные, – поправилась она, испугавшись неодобрения, которое вызвало у него это слово. – Они так похожи на великолепную поэму доктора Джонсона, которую часто читала моя сестра… Я забыла ее название. Как же она называлась, милочка? – обратилась она ко мне.

– Про какую вы говорите, сударыня? О чем она?

– Я не помню, о чем она, и забыла ее название, но ее написал доктор Джонсон, и она очень красива и очень похожа на ту, которую нам сейчас прочел мистер Холбрук.

– Я что-то ее не вспоминаю, – задумчиво сказал он. – Правда, я плохо знаю стихи доктора Джонсона. Надо будет почитать их.

Когда мы садились в карету, я услышала, как мистер Холбрук обещал, что скоро навестит своих гостий, чтобы узнать, хорошо ли они доехали, и это, по-видимому, обрадовало и взволновало мисс Мэтти.

Но когда старый дом скрылся за деревьями, чувства, которые внушал ей его хозяин, были заслонены тягостными опасениями – вдруг Марта нарушила слово и, воспользовавшись отсутствием хозяйки, пригласила к себе «дружка». Когда Марта вышла встретить нас, вид у нее был достаточно добродетельный, надежный и спокойный, но она всегда тревожилась за мисс Мэтти и в этот вечер приветствовала ее следующей малоуместной речью:

– Господи, сударыня, как же это вы вечером да в такой тонкой шали! Она ведь греет не больше муслина.

В вашем возрасте, сударыня, надобно беречься.

– В моем возрасте! – повторила мисс Мэтти тоном, который для нее был почти сердитым, так как она всегда говорила очень мягко. – В моем возрасте! Да сколько, по-вашему, мне лет, если вы упоминаете про мой возраст?

– Да что же, сударыня, я бы сказала, что вам под шестьдесят, только ведь люди иной раз выглядят старше, чем есть, а я же ничего дурного не думала.

– Марта, мне еще не исполнилось и пятидесяти двух, – торжественно произнесла мисс Мэтти. Возможно, последний день живо напомнил ей юность, и мысль, что это золотое время уже так далеко в прошлом, показалась ей особенно горькой.

Но она ни разу не упомянула о давнем и более близком своем знакомстве с мистером Холбруком.