Резня на Сухаревском рынке

Я сейчас составлю описание этой девушки… она – важный свидетель, понимаешь?

– Так точно!

– Вот, – сказал Архипов, как будто оправдываясь. – Важный свидетель, а ты ее отпустил…

– Виноват!

– Ну ладно, положим, ты не знал. Пусть это описание размножат и передадут во все части – мол, мы ее ищем для опознания.

– Слушаюсь!

– Хорошо, – кивнул Архипов.

Он вошел в часть, которая уже была полна народу, пришедшего своими ногами или приведенного под белые ручки, сел за свой стол и быстро набросал запрос о розыске.

Доктор Зиновьев и Скопин стояли у дверей морга. Зиновьев курил папиросу, а Иван Федорович свою черную трубочку.

– Вы ко мне, Захар Борисович? – приветливо крикнул доктор. – Мы уже все подготовили – раздели, помыли, честь по чести! Вскрытие я пока не делал, впрочем, чего там вскрывать-то? И так причина смерти яснее ясного.

Архипов подошел, не глядя на Скопина.

– Покажете? – спросил Архипов.

– Конечно, – отозвался доктор. – Там такие ранения, что просто прелесть. Пойдемте.

Он бросил папиросу, раздавил ее носком сапога и приглашающе посторонился.

Морг при Сущевской части представлял собой две большие комнаты, располагавшиеся напротив друг друга. В конце коридора находился покатый спуск в холодный подвал, где хранились невостребованные тела.

– Налево, – предупредил доктор из-за спины Архипова. – Прямо рядом с дверью.

Захар поморщился, привыкая к запаху, вошел в комнату с низким потолком и двумя окнами.

– Вам свет включить или так разберетесь? – спросил доктор.

– Не надо. Все видно, – ответил Архипов, останавливаясь у обитого жестью стола, на котором лежал бритый. С другой стороны встал Зиновьев. Скопин же не стал входить в комнату, а привалился к косяку, не вынимая изо рта своей трубки.

– Итак, – начал рассказывать доктор. – Мы имеем две раны от колюще-режущего оружия. Одна перерубила шейные позвонки, а вторая вот тут – прошла сквозь ребра.

– Вижу, – сухо ответил Архипов.

– Я предполагаю, что сначала была нанесена рана около шеи. Вероятно, наш клиент нагнулся, и тут убийца нанес удар. Второй же удар был добивающим, чтобы умертвить наверняка.

– А почему не наоборот? – спросил Архипов.