Железный город

На последнем повороте к закусочной Слава резко ударил по тормозам. Заднее колесо юзом проскользило по железному листу, собирая горку песка. Из-за жилища выскочил некто долговязый, весь с ног до головы замотанный в тряпье и едва не наскочил на темп. Незнакомец отпрыгнул, словно перепуганный кайлак, секунду смотрел на Славу, а затем метнулся в щель между хижин. В последний момент токарь заметил блеснувший в его руке длинный, загнутый кинжал. Слава стоял и смотрел в узкий, буквально в десять сантиметров лаз между стенами, осмысливая случившееся.

Проносившийся мимо песок крыл улицу пеленой и токарь уже сомневался на самом ли деле кто-то был, а если и был то, как протиснулся в такую узкую щель? За спиной раздался резкий гудок клаксы. Токарь вздрогнул и обернулся. Свет фары резанул по глазам.

– Не тормози!! – послышался крик сквозь завывание ветра.

Они проехали еще метров триста, побросали темпы у вкопанных ацетиленовых баллонов и бегом, с трудом различая в песчаной гати ступени, ввалились в «Холодный паровоз», захлопнули дверь.

В накрывшей тишине и покое песчаная вакханалия показалась кошмарным сном, который сгинул, стоило разомкнуть веки.

Закусочная была заполнена едва ли наполовину. Многие застигнутые ненастьем металлурги сидели у окон за пустыми столиками и смотрели на бушующую стихию. Переговаривались в полголоса, словно опасались обратить на себя взор Дэурьи. Кое-где стучали поршни, дзынькали гильзы, булькал бред.

Парни отряхивались, когда к ним, громыхая тяжелыми ботами по железному полу, подлетел загорелый кочегар и веником принялся обметать Шпиля, приговаривая: «Рад вас видеть, мистер.

Печальный повод, но дай-то Двиглаш, буря скоро закончится».

В отличие от слов, взгляд Рубинчика, да и физиономия в целом были не в силах изобразить сочувствие: «Пейте, веселитесь. Ваши кобальты станут нашими. Дай-то Трабант, чтобы буря никогда не кончилась».

Из всех присутствующих Шпиль оказался самым денежным клиентом.

Поэтому именно его и обхаживал «ресторатор» с учтивой улыбкой на алчущем лице.

Скоро гонщики сидели у окошка с висюльками, откуда Рубинчик бесцеремонно спровадил «порожних». Еще через несколько минут на столике возникли две латунные гильзы и отшлифованные блестящие поршни с гравировкой по канту «дорогому гостю».

Первая серебристая стружка ударилась в стекло в тот момент, когда парни сдвинули бокалы за скорейшую кончину Дэуръи.