Железный город

Они передвигаются на ощупь.

– Почему?

– Свет привлекает носопырок.

Слава услышал заунывную песню, словно мурлыкала сама темнота. По мере приближения, мелодия становилась громче. От депрессивных аккордов по телу расходились слабость и немощь, мысли замедлялись и цепенели, как будто через уши в голову затекал теплый воск.

В нескольких метрах впереди распахнулась дверь и в проулок выпал долговязый металлург. Заворочался, забормотал что-то нечленораздельное.

– Стой, – услышал Слава голос Шпиля. Они замерли, глядя на одурманенного металлурга, который никак не мог разобраться с конечностями и подняться на ноги.

Наконец, это ему удалось. Опираясь о стену, продолжая бормотать, поплелся по проулку. Не сделал и пяти шагов, как из темноты вынырнули бледные руки и с силой дернули глюшника в примыкающий проход.

– Шпиль, ты видел? – выдохнул Слава.

– Это сектант, – спокойно ответил Шпиль, – головы этих дураков им нужны для жертвоприношения, а тела для пополнения энергетического запаса.

– Они что, их едят? – просипел Слава.

– Да.

Шпиль развернулся и осторожно двинулся назад. Поравнявшись со Славой, сказал: «Другой дорогой пойдем». Слава послушно последовал за ним. И снова повороты, завалы, дыры, коридоры…

– Шпиль, – негромко заговорил Слава, когда они удалились от притона на приличное расстояние, – зачем нужен блокпост на этом мертвом уровне? Зачем здесь кибы?

– Во-первых, – не сразу ответил Шпиль, – чтобы металлурги не спускались к Ягде, хотя… там «сабельник», без сноровки не обойдешь.

Во-вторых, чтобы разворачивать двинутых на пути к сектантам, а в-третьих, и это главное, контролировать глюшников. Представляешь, что будет, если манна хлынет наверх. А теперь умолкни, подходим к лункам». В эфире воцарилась тишина.

Слава обратил внимание, что они вошли на обширную территорию свободную от перегородок и всяких строений, только подпирающие колонны и балки. Все пространство, до куда хватало обзора, было утыкано железными пеньками. Трубы на разной высоте выступали над полом, на их концах крепились перекладины, узлы, зацепы, рядом валялись скрученные кольцами троса, кучи цепей, железные стержни.

– Что это? – спросил Слава.

– Это их манное поля. Трубы уходят глубоко вниз к Ягде. Через них глюшники тягают якоря.

– Какие якоря? – допытывался Слава.

– Опускают железяки к самому озеру и ждут, пока те покроются ржой. Затем вытягивают и соскребают гидратированую окись железа с ядовитыми примесями.