Ожерелье Зоны

Он с армии знал простую истину и ее придерживался: «Меньше знаешь – лучше спишь», а что тупые на самом деле самые счастливые, понял в зоне. Они даже могут не догадываться, что настоящее счастье их стороной обошло.

Сталкер тяжело вздохнул: «Ох, сгубит нас этот добряк, тудыть его растудыть, раззявистого. Ну как, как ему еще втемяшить, что нельзя…» Гриф развернулся, сунул голову в люк, осмотрелся. Пистон крутил баранку, Алексей с автоматом на коленях сидел позади него на скамье десанта. Они, в свою очередь, посмотрели на Грифа.

– Все нормуль? – спросил Гриф у Алексея.

– Нормуль, – отозвался тот.

Гриф подмигнул ему здоровым глазом, еще раз прошелся взглядом по транспортеру, остановился на наемнике, сказал:

– Так держи, не отдаляйся от леса.

– Угу, – буркнул Пистон.

– Если че, – Гриф снова посмотрел на Алексея, – я ря…

Сталкер не успел договорить. Машина резко остановилась, словно врезалась в стену. Гриф больно саданулся левым боком о край крышки люка. Автомат соскользнул с брони и упал бы, не перекинь предусмотрительно сталкер ремень через руку.

Алексей топором повалился вперед, выставив перед собой руки. С вытаращенными глазами он вцепился в штангу сиденья. «Гадюка» упала и задребезжала по днищу.

– Бляха-муха, – взвыл Гриф, выпрямляясь. – Пистон, падла, ты нас угробить хочешь?

Пистон один остался на месте непоколебимый, так как его нога жала на тормоз.

– Смотри, – он отпустил руль и пальцем указал в смотровой люк. Через стекло с мокрыми разводами виднелось что-то раскорячившееся прямо по курсу.

Сталкер и сам уже почувствовал чье-то присутствие со слабой жизненной силой, как-то размазанно, словно след от сырой тряпки по кафелю.

Гриф обернулся, в круге света увидел черный силуэт. Существо, размерами и формой напоминающее слепого пса, стояло неподвижно, растопырив ноги, низко склонив голову. Мутант был неподвижен, создавалось впечатление, что он оцепенел. Ноги напряжены, выпрямлены, хребет выгнут.

– Дай малый вперед, – Гриф, не моргая, смотрел на пса.

БТР зафырчал и медленно покатил по сырой земле, подминая сухостой и выдавливая из-под рифленых покрышек жидкую грязь.

– Стой, – сталкер остановил машину. С минуту все рассматривали мутанта. Тот, мокрый, худющий, стоял к ним боком. Сквозь облезлую шкуру виднелась гребенка ребер. Он не обращал на БТР никакого внимания. Его била мелкая дрожь. От носа и до кончика хвоста трясло, словно тот неимоверно замерз.