Кругосветная география русской поэзии

У старушки в белом головном уборе

Неподвижный и почти стеклянный взгляд,

Если в нем когда-то отражалось горе,

То оно забылось много лет назад.

В сердце места нет ни злу, ни укоризне,

И легко былые годы вспоминать,

Если к горечи, к тревоге, даже к жизни

Начинаешь понемногу привыкать.

Болгария

Городницкий Александр Моисеевич

БОЛГАРИЯ

В сиянии летнего жара

Расходится круг по воде.

Болгары поют Окуджаву,

Надеясь на завтрашний день.

Наивная эта надежда

Ночами уснуть не дает.

Всё хуже еда и одежда

Становятся здесь, – что ни год.

Грызут апатиты и атом

Природою созданный рай, —

Вдогонку за северным братом

Шагает доверчивый край.

Здесь общую ценят культуру,

И славят общественный труд,

И гонят этнических турок,

И русские песни поют.

Какую погоду назавтра

Готовим мы в этой стране?

Раздумье об этом внезапно

Сегодня приходит ко мне

На площади старой соборной,

Где тёмной вечерней порой,

Еще не разорванный бомбой,

Стоит Александр Второй.

ВАРНА

Особняки довоенных городов

В городе Варна у Чёрного моря,

Слово родное в чужом разговоре,

Зыбкие тени плывущих судов.

Чайки над городом крик сиротлив,

Будто птенца уронила – не рыбу,

Римских построек осевшие глыбы,

Греки и турки – прилив и отлив.

Этот зелёный окраинный Понт,

Прежде Восток разделявший и Запад,

Мидий гниющих томительный запах,

Улочки, с горки бегущие в порт!

Туч паруса в небесах шевеля,

В круговороте имперских обломков,

Непотопляемой кружится лодкой

Многострадальная эта земля.

Между просторов её небольших,

Где появились Кирилл и Мефодий,

Радуюсь я вековечной методе

Местных крестьян и спокойствию их.

Здесь, в непривычной для нас тишине,

Здесь, где когда-то сошлась «Вся благая»,

На сердце тёплой волной набегая,

Странные чувства приходят ко мне, —

Чувство печали и смутной вины,

Зависти к скромному их достоянью.

Эту печаль оценить в состояньи

Лишь уроженец великой страны.

Венгрия

Самойлов Давид Абрамович

СИГЛИГЕТ

В той Венгрии, куда мое везенье

Меня так осторожно привело,

Чтоб я забыл на время угрызенья

И мною совершаемое зло,

В том Сиглигете возле Балатона,

В том парке, огороженном стеной,

Где горлинки воркуют монотонно, —

Мое смятенье спорит с тишиной.

Мне кажется, что вы – оживший образ

Той тишины, что вы ее родня.