Карабах – горы зовут нас

Хотя и нам не каждому суждено будет увидеть и дожить до рассвета.

– Но двум смертям не бывать, а одной не миновать, так кажется, говорят у нас в народе. Прости, Киши, – он впервые так назвал старика – мне пора.

Старик шагнул навстречу полковнику, обняв его, крепко поцеловал:

– Да хранит вас АЛЛАХ сынок, Пусть примет АЛЛАХ душу твоих родителей в рай.

Он отстранился от командира, повернулся и пошел к своим сельчанам, молча ожидающие его на склоне ущелья.

Подозвав Низами, полковник отдал ему последние распоряжения, о которых они уже говорили, пожал тому руку и пожелал удачи.

Поправил автомат на плече и стал подниматься по крутой тропинке к группе, которая ждала его.

В воздухе незримо витала смерть, намечая свои жертвы. Она вглядывалась в лица смельчаков, которые шли навстречу коварным врагам, перекидываясь шутками, и не страшась того, что ждет их впереди.

Группа поднималась на высоту, а внизу река торжествующе бурлила. Гудела река. Воздух дрожал от ее грохота и рева, а на душе полковника, несмотря на усталость и, казалось бы, безвыходное положение, было хорошо и даже немного торжественно.

Он сделал свое дело, люди будут спасены, а что будет с ним и его солдатами, было неважно. На войне солдаты должны погибать ради тех, кто доверял им в мирное время. Такова судьба всех, кто носит погоны и дает клятву Родине.

Сейчас жители перейдут реку, а там до перевала совсем немного. Еще каких-то метров пятьсот-семьсот и спуск на Лачинскую дорогу.

Надо только задержать тех кровожадных дашнаков, которые поднимаются на прилегающую к перевалу высоту.

На серпантин поднялись по единственной тропинке, которую указал им местный пастух, и куда прошла перед ними группа Азая Киримова. Из-за поворота к ним вышел невысокого роста солдат и доложил, что оставлен командиром группы для их сопровождения.

Расспросив солдата об обстановки, полковник приказал отвести его прямо к Киримову, чтобы самому разобраться, где противник и, что он делает.

За огромным валуном обросшим мхом, подстелив под себя сосновые ветки и плащ-палатку, сидел Азай и снаряжал магазин автомата патронами. Рядом с ним сидели еще трое парней, которые чистили оружие. Увидев приближающего командира, бойцы повскакали с мест. Пожав руки всем присутствующим, полковник тяжело опустился на камень.

– Ну что, мои дорогие, – осталось совсем немного, если не сказать ничего – он явно хотел подбодрить бойцов.