Семена Перемен

Голова слегка кружилась, но Эрик заставил себя перевалиться через край и подтянуть ноги наверх. Под ним больше ничего не шаталось, но наклонная черепичная поверхность не давала расслабиться. Казалось, если он сдвинется хоть чуть-чуть, то скатится вниз. Эрик замер на четвереньках, боясь пошевелиться.

Из-за края крыши появилась голова Мии. Она прыснула, взглянув на брата, и быстро заскочила на черепицу. Было видно, что делала это не раз.

– Ты словно жук-навозник, вцепившийся в свой шар, – прокомментировала Мия. – Да не бойся так, никто еще отсюда не упал.

Ему вовсе не хотелось становиться первым, но мальчик постарался придать себе более презентабельный вид: осторожно оторвал одну руку от черепицы и сел на бок. Взгляд скользнул в сторону, к пустоте между домами. Мия беззаботно прошлась мимо и уселась около трубы, опершись на нее спиной. Происходящее явно ее забавляло.

– Зачем мы здесь? – спросил Эрик, переведя дух.

– Почему нет? Мне здесь нравится. Видно весь город от края до края, светло и просторно.

Варди, сын Айварса, был другом Мии. Они часто проводили время вместе, хотя отец, недолюбливавший Айварса, смотрел на это с неодобрением. Иногда Мия злилась, но большую часть времени ей, казалось, было все равно.

– Хотя ты прав, – она пристально посмотрела на Эрика. – Мы здесь, чтобы поговорить.

– И о чем?

– О чем? Конечно, о том, что произошло.

Эрик, который все еще чувствовал себя напряженно, не был в этом так уверен.

– Почему они поссорились? Сегодня все словно воды в рот набрали, не припомню, когда такое было последний раз.

– Может быть, никогда? – предположил Эрик.

– Вот тут ты не прав, – возразила Мия. – Пока ты был маленький, они часто ругались, иногда не разговаривали по несколько дней.

– Из-за чего?

– Да не знаю… – Она развела руками. – Из-за всего. Потом как-то успокоились. Я радовалась, и тут на тебе. Так что? Что произошло?

Эрику совсем не улыбалось рассказывать сестре все как есть. Он хотел сохранить тайну о Башне и странной девочке хотя бы от нее.

– Ну-у-у… – протянул он, соображая, как бы половчее выкрутиться. – Сначала обсуждали мою рубашку. Потом начали ругаться. Отец был очень расстроен, рассердился и ушел из дома.