Русское

А когда переходил из одного городка в другой, из одной деревни в другую, то брел точно во сне.

Он потратил больше половины украденного серебра. Более того, этим утром он обнаружил, что у него осталось всего восемь серебряных гривен – ровно столько, чтобы заплатить за плавание до Царьграда. И кое-как дотащился сегодня до пристани, твердо намереваясь отправиться по реке в Грецию. Но, к своему собственному отчаянию, понял, что не в силах даже сдвинуться с места.

«А теперь все кончено», – думал он. Ему казалось, что теперь у него, жалкого, презренного неудачника, не осталось никаких шансов.

«Войду в реку и утоплюсь», – решил он.

Именно в эту минуту позади раздался какой-то шум; взгомонились рабы-холопы, предназначенные для продажи, что сидели рядком на земле и ожидали, когда их уведут на рынок. Иванушка равнодушно поднял глаза. Один из холопов, казалось, был чем-то взволнован. Иванушка пожал плечами и снова уставился на воду.

– Иван! Иван Игоревич!

Он обернулся.

Щек уже давно не отрываясь глядел на него.

Теперь он убедился, кто перед ним. Он так разволновался, что даже забыл, что руки у него связаны. Это был боярский сын. Тот самый, кого прозвали Иванушкой-дурачком.

– Иван Игоревич! – снова позвал он.

И тут этот странный юноша словно бы узнал его, хотя и вспомнил лишь смутно.

Щеку грозила тьма-тьмущая бед. Его должны были продать в рабство. Еще того хуже, один из пленников только что шепотом передал ужасную весть: «Купцы ищут гребцов на ладьи».

Все они знали, что? за этим скрывается: тяжкая, изнурительная работа на реке, перетаскивание ладей через пороги, а может быть, даже опасное морское плавание. И, судя по всему, их могли потом еще раз перепродать – уже на греческих рынках. С рабом могли поступить как угодно.

В одном он был уверен: Русского ему больше не видать.

Щек не должен был оказаться на пристани осенним утром, ведь согласно русским законам закуп, отрабатывающий долг, не мог быть обращен в холопа и продан в рабство.

Но правила часто нарушались, а власти закрывали на это глаза.

А ведь мог бы и сам догадаться. Вот уже два месяца, как стало понятно, что староста соседней княжеской деревни заглядывается на его жену, а она – на него. Однако все случилось внезапно, и Щека застали врасплох.

Всего-то неделю тому назад утром староста явился к нему в сопровождении нескольких купцов и буквально выволок из постели. «Вот вам закуп, – объявил староста купцам.