Китай

В конце второго дня, когда они сидели и попивали рисовое вино, Фонг поинтересовался, оправдывает ли Гуанчжоу его ожидания.

– Я знал, что все тут куда-то спешат, – признался Шижун, – но толчея на рынке и на улицах… Пройти невозможно.

– А еще мы все смуглее северян, – широко улыбнулся Фонг, – и печемся только о деньгах. Ведь так вы говорите про нас в Пекине, да? – Шижун не мог отрицать очевидного, и Фонг со смехом воскликнул: – Это правда!

– А что жители Гуанчжоу говорят про нас? – спросил в свою очередь Шижун.

– Выше. Кожа белее.

Фонг, естественно, подбирал слова очень осторожно. Но Шижун раскручивал его, пока молодой кантонец не признался:

– У нас говорят, что северные крестьяне просто сидят на корточках целый день.

Шижун улыбнулся. Крестьяне северных равнин часто сидели вместе таким образом, пока отдыхали от работы.

– Но они по-прежнему собирают урожай, – ответил он.

Особенно его интересовало, что Фонг думает о перевозке опиума. Сначала, зная, какую должность занимает Шижун, Фонг уклонялся от ответа, однако на пятый день, когда он уже в достаточной мере доверял Шижуну, чтобы быть с ним честным, ответил:

– Из Пекина спускают приказы.

Устраивают облавы на опиумные курильни. Арестовывают курильщиков. Устраивают чистки в сельской местности. Кучу народу упекли в тюрьму. Но люди все равно хотят опиума. Это пустая трата времени. Даже губернатор так считает. Что бы вы ни предпринимали, а через год все вернется в обычное русло.

Прошла неделя, прежде чем прибыл эмиссар Линь.

Он обрадовался, что Шижун уже на месте, и еще больше обрадовался, услышав, что юный помощник не терял времени даром.

– Ваше усердие достойно похвалы. Будете моим секретарем, но еще глазами и ушами.

Линь сразу же поселился в особняке в пригороде, недалеко от иностранных факторий, и сказал Шижуну, что он тоже должен жить там. В первый вечер Линь изложил свой план действий:

– Я прочитал все отчеты из провинции по дороге сюда. В течение следующей недели мы пообщаемся с губернатором провинции, местными чиновниками, торговцами из Гуанчжоу и их слугами, которые расскажут нам больше, чтобы я мог вынести собственный вердикт.

Тогда мы сокрушим торговлю опиумом. Как вы думаете, кому нужно нанести первый удар?

Пересказав то, чем поделился Фонг, и то, что видел собственными глазами, Шижун откровенно признался, что, по его мнению, отучить людей от употребления наркотика – задача долгая и тяжелая.

– Я сожгу все их опиумные трубки, – мрачно сказал Линь.