Уральская рапсодия

Для того чтобы попасть туда, необходимо было перейти речку Чумляк, но при подходе мы обнаружили, что на всем протяжении с обеих сторон натянута колючая проволока и стоят таблички, запрещающие ловить рыбу, собирать грибы и ягоды. Уже позже, в 1964 году, я участвовал в строительстве базы отдыха «Литейщик» на озере Сугояк, что в 40 км от Копейска. Там находился лепрозорий, где доживали свой век попавшие под облучение люди. Зрелище не для слабонервных.

ГПТУ №11 в Копейске находилось недалеко от центральной проходной завода имени С.

 М. Кирова, за общежитиями. В то время в нем обучалось свыше 200 человек. В нашей группе было пятнадцать учеников, в остальных – по двадцать пять. На специальность «формовщик-разливщик» набирали ребят в возрасте от 16 лет.

Практику мы проходили на заводе и там же кушали в заводской столовой. До места назначения ходили строем, в строю я был четвертым, а рост у меня был метр восемьдесят. В столовой за столом все два года мы сидели втроем: я, Сальманов и Щапов. Щапов ростом под два метра и весом под сто килограммов.

Он был из села Кочердык Курганской области. Свою кличку – Како – Щапов получил уже в первые дни учебы. Дежурный преподаватель, проходя мимо, спросил: «Как питание, Щапов?» Он ответил: «Како питание? Суп от без кортови, каша от без масла».

Рифкат Сальманов, ростом метр девяносто, учился с нами с первого класса в школе на шахте. Сальманов – будущий чемпион города Копейска, дважды победитель Всесоюзного турнира им. Героя Советского Союза Хохрякова по боксу.

Если Щапов и Сальманов все два года занимались спортом в секциях ДК угольщиков, то я учился в вечерней школе.

На втором году учебы мы с Рифкатом по воскресеньям часто ездили к его родителям попариться в настоящей русской бане. Мы из парной выскакивали в сугроб, боролись «кто кого», и проигравший нырял в бак с ледяной водой, после чего допускался в парную. После бани его мать приносила в предбанник лепешки и сковороду шипящей конины. Ради таких моментов стоило жить.

Перед выпуском из училища медкомиссия военкомата обнаружила у меня язву желудка, и мне был выдан военный билет без права служить в мирное время.

Эта язва периодически обострялась и донимала меня лет пятьдесят.

В 1992 году, будучи в Москве, на втором съезде немцев СССР (мандат №675) от Ставропольского края, познакомился с земляком – казахским целителем, профессором Алиханом Чокиным. С тех пор, после выполнения его трех постулатов, язва прошла как бабка пошептала.