Под кардинальской мантией

Заплатите за них королю, по крайней мере, одною жизнью… Больше нам не о чем говорить, Беро, – холодно закончил он, отворачиваясь и начиная перебирать лежавшие на столе бумаги! – Закон должен быть исполнен.

Я ожидал, что он сейчас подаст лейтенанту знак увести меня, и холодный пот выступил у меня по всей спине. Я уже видел пред собою эшафот, чувствовал на шее петлю. Еще мгновение, и было бы поздно…

– Позвольте просить у вас милости, – с отчаянием пролепетал я. – Позвольте сказать вашей эминенции пару слов наедине.

– Для чего? – спросил он, снова оборачиваясь и устремляя на меня взор, исполненный холодного неудовольствия. – Я знаю вас, ваше прошлое, – все. Это вам не поможет, мой Друг.

– Ну так что ж? – воскликнул я. – Ведь это просьба умирающего, монсеньер.

– Это, положим, правда, – задумчиво ответил он.

Но он все еще колебался, и сердце у меня неистово билось. Наконец он поднял взор на лейтенанта.

– Можете оставить нас, – коротко сказал он и, по его уходу, продолжал: – Ну, в чем дело? Говорите скорее, что вам нужно.

Но теперь, когда я добился своего и остался с ним наедине, проницательный взор его глаз до такой степени смутил меня, что я не мог найти слов и, как немой, стоял перед ним. Должно быть это польстило ему, потому что его лицо немного утратило свое жестокое выражение.

– Ну? – сказал он опять. – Это все?

– Мой противник не умер, – пробормотал я.

Он презрительно пожал плечами.

– Что ж из этого? Неужели только это вы и хотели сказать мне?

– Я однажды спас вашей эминенции жизнь, – жалобно сказал я.

– Допустим, – ответил он своим тонким, резким голосом. – Вы уже упоминали об этом. Но, с другой стороны, насколько мне известно, вы сами отняли у нас шесть жизней, Беро. Вы вели и ведете жизнь буяна, убийцы, игрока, – вы, человек хорошего рода. Стыдитесь! Как же вы можете удивляться, что такая жизнь привела вас к этому? Впрочем, об этом я не желаю больше разговаривать, – коротко добавил он.

– Быть может, я еще когда-нибудь спас бы вашей эминенции жизнь! – воскликнул я под каким-то неожиданным наитием.

– Вам что-нибудь известно? – с живостью спросил он, устремляя на меня пристальный взор. – Но что я! – продолжал он, качая головой. – Старые штуки! У меня есть шпионы получше вас, Беро.

– Но нет лучше шпаги! – хриплым голосом закричал я. – Нет ни одной во всей вашей гвардии!

– Это правда, – медленно ответил он. – Это правда.