Контракт на гордость

– Лизавета, значит, – будто на вкус пробует мое имя мужчина и представляется: – А я – Николай Григорьевич Вронский, но пацанва кричет Григоричем. Тебе тоже можно.

В этом зале все какое-то особенное: парни, несмотря на катящийся по их лицам и телам пот, выглядят счастливыми, да и я сама испытываю странное умиротворение, наблюдая за спаррингами.

– Глеб – талантливый малый, но импульсивный. Не лучшее качество для боксера, – комментирует Григорич, указывая на Сашкиного противника – высокого поджарого блондина, молниеносно перемещающегося по покрытию и уклоняющегося от резких ударов Волкова.

– Николай Григорьевич, – я молча глотаю последнюю реплику тренера и озвучиваю кажущуюся нелепой просьбу: – а можно я иногда буду к вам приходить? Тихонько посижу в сторонке, посмотрю, никому не помешаю…

Вронский без колебаний определяет, что причина кроется в семье, и выдает уверенное безапелляционное «да».

– Я в зале почти каждый день, кроме вторника и субботы, – рассказывает Волков, пока мы неторопливо идем по вечерним пустынным улицам.

– Спасибо, что не бросил, – я искренне благодарю нового приятеля, прислоняясь спиной к калитке, и отчаянно надеюсь, что это не последняя наша встреча.

– Не прощаемся, Лиса-Алиса, – крепко обнимает меня парень, и я чувствую, как в животе порхают те самые пресловутые бабочки из глупых книг о любви.

Я еще долго смотрю ему вслед, пока силуэт не растворяется в темноте, и ожидающий дома неминуемый скандал и нагоняй за порванные джинсы не представляется таким уж страшным.

Глава 9

Лиза

Здравствуйте, мои до боли знакомые

грабли, давненько я на вас не наступал.

(с) «Ключ из желтого металла», Макс Фрай.

Позади многочасовые переговоры с дизайнером, выматывающие поездки по магазинам со строительными материалами, непростой выбор цветовой гаммы и попытка объяснить Волкову, чем отличаются оттенки «карамель» и «шоколад с молоком».

Ну а впереди долгожданный, выстраданный выходной, который я планирую провести за просмотром «Мстителей». Нагло съесть ведерко мороженого, не краситься и не вылезать из домашней пижамы – трикотажных шорт и топа нежного персикового цвета.