Альфабет

– Между прочим, так на Бете представляют нашу повседневную одежду.

– Наверное, у них какой-то объект с нашим цирком пересекся, – хмыкнула напарница, но тут же стала серьезной. – Извини. Это у меня нервное. Я вообще, не считая самих объектов, впервые вижу что-то непосредственно с Беты. Можно потрогать?

– Могу даже дать поносить. – Во мне все еще играла обида.

– Зачетно! Ловлю на слове. – Алена сказала это вроде бы в шутку, но без улыбки, так что я лишь кивнул.

– Вы предлагаете продолжить нашу беседу в прихожей? – донеслось из кухни.

 – Лично я возражаю. Там некуда столик поставить и дует из-под двери, а у меня суставы, знаете ли. Так что перебирайтесь-ка на кухню, чайник вот-вот закипит.

С чаем и печеньем мы расправились быстро – я был изрядно голоден и, честно говоря, приговорил бы и что-нибудь посущественнее. Правда, сорбитовые батончики у меня не пошли, а вот Алена трескала их за милую душу. Сам же хозяин квартиры, прихлебывая чай мелкими глоточками, ел мало, изучающее разглядывая нас с Аленой.

Свитер в ядовитую желто-зеленую клетку заинтересовал его особенно сильно, и когда я отставил пустую чашку, Павел Сергеевич спросил:

– Брючки и свитерок оттуда?

Пояснять откуда именно, он не стал, ему и так уже было известно, где я путешествовал.

Я в ответ лишь кивнул – лишних слов здесь тоже не требовалось.

– Ну давай, мил друг, начинай тогда с того момента, как ты зашел в дом – что было до этого, мне уже добрые люди поведали.

И я принялся рассказывать. Старался говорить обо всем последовательно и подробно, но порой увлекался и перепрыгивал с одного на другое. Тем не менее мои собеседники, а точнее, слушатели, меня ни разу не перебили. Павел Сергеевич лишь попросил разрешения закурить и высмолил за время моего рассказа четыре «беломорины». В остальном его выражение лица оставалось умиротворенно-спокойным, как у старого учителя, в пятьсот двадцать девятый раз выслушивающего «Я помню чудное мгновение» или, может, «Облако в штанах», что несколько ближе по стилю и содержанию к моему опусу.

Зато милое личико Алены менялось, словно живой калейдоскоп, становясь то испуганным, то изумленным, то недоверчиво-ироничным, то раздраженным и злобным.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=69357490) на ЛитРес.