Кавалерист-девица

– Еще один вопрос?

– Спрашивайте.

– Зачем он завез тебя в эту деревню?

– Это, князь, целая история! Как-нибудь вам все-все расскажу, только не теперь.

– Хорошо, хорошо.

– Теперь я, в свою очередь, сделаю вам несколько вопросов, – обратилась Дурова к князю Дмитрию.

– Пожалуйста, пожалуйста.

– Как вы попали в деревню?

– Я ехал мимо, – ответил ей Шустов.

– А куда вы ехали?

– К матери в деревню – я получил отпуск; поедем со мной.

– Куда?

– В деревню.

– Мне ехать с вами?

Молодая женщина удивилась.

– Ты удивлен, Дуров?

– Признаюсь.

– Что же тут удивительного, если я приглашаю тебя к себе как приятеля, друга. Надеюсь, ты позволишь мне так называть тебя.

– С восторгом, князь.

– Послушай, не называй меня князем.

– А как же?

– Зови просто Шустов. Итак, едем со мной.

– Это невозможно.

– Почему?

– Мне ехать в незнакомый дом!

– Моя мать будет так рада – ведь ты жизнь мне спас! Поедем же, право, поедем.

Надя в конце концов согласилась, князь Дмитрий уговорил-таки ее ехать с ним в деревню к матери.

Дурова рада была случаю уехать из Сарапула. После истории с мужем она невзлюбила этот город и была не прочь из него уехать; ей только жаль расстаться было с отцом – братья и сестры чуждались Нади, все не могли привыкнуть к ней.

Срок отпуска Дуровой еще не кончился, и она свободно могла ехать куда вздумается.

Дмитрий Шустов заехал в Сарапул.

Надя познакомила его с отцом.

Надежда Андреевна сказала отцу о своем желании ехать в гости, в подмосковную усадьбу Шустова.

Этому старый ротмистр немало удивился:

– Как, Наденька, неужели ты решаешься ехать?

– Еду, папа.

– Как будто неловко… ты – женщина и поедешь с молодым офицером, – недоумевал Андрей Васильевич.

– Не забывай, папа, князь не знает, что я женщина; он принимает меня за офицера, за товарища…

– Все же, Наденька, как-то неловко.

– Я решила ехать.

– Что же, поезжай, твоя воля; только обидно, что ты родной дом променяла на чужой.

– Ты не сердись, папа. Скажу тебе откровенно – мне все здесь так наскучило, надоело… и притом недостойный поступок со мной Василия.

– Этому негодяю не миновать тюрьмы. Я его запрячу, непременно запрячу.

– Нет, папа, оставь его в покое.