Венецианский купец. Книга 5. Всплеск в тишине

Джон стал знакомить меня сначала со своей семьёй, только потом со знатными представителями других родов. Машинально здороваясь и смотря на лица, внезапно я выхватил взглядом ранку, вид которой искал вот уже несколько месяцев подряд. Отдёрнув руку, я округлившимися глазами посмотрел на человека, болевшего сифилисом, точнее, одной из его первых стадий.

Джон, а ещё более испугавшиеся туземцы, видя, что я не подаю руку одному из них, стали переглядываться. Я сделал шаг ближе к Манко Капаку и тихо прошептал.

– А ты знаешь, что он болен сифилисом?

Глаза путешественника округлились, и он сам отпрянул от показанного мной инки подальше.

– Нет! В моё время эта болезнь давно побеждена! Но название я, конечно же, слышал.

Видя, что происходит непонятное, что даже теперь и правитель с отвращением смотрит на него, инка внезапно вздрогнул и под общими вопросительными взглядами упал на колени, стал биться головой о землю и о чём-то умолять. По крайней мере, интонации были у него именно такими.

– О чём он говорит? – спросил я у Манко Капака, поскольку большинство воинов тут же бросились пинать лежащего на земле.

Джон повернулся ко мне, ошарашенно посмотрев прямо в глаза.

– Признаётся в измене, говорит, что вместе со своим родом планировал свергнуть меня и убить всю мою семью.

– О-о-о, – обрадовался я, – значит, это я удачно зашёл, как раз по своей основной профессии. Ты позволишь мне заняться этим делом? Хочу выяснить, откуда у него сифилис, заодно и об измене поспрашиваю.

Правитель растерянно показал на лежащего рукой, показывая, что тот в полном моём распоряжении. Показав воинам, что когда они будут дотрагиваться до заражённого, то обязательно пусть заматывают руки в тряпки, я велел тащить туземца в выделенный нам дом.

***

– Солнце и звёзды мои, – обратилась лежащая рядом с мужчиной девушка, вздрагивая от криков, которые не давали спать поселению вторую ночь, – ты не боишься, что привёл в наш дом беду? Он истязает род Вакантаки уже вторые сутки, люди боятся выйти на улицу из-за него и его людей.

Джон, сам вздрагивавший от криков, тем не менее ответил.

– Как ты видишь, любовь моя, доверять нельзя никому, а он с первого взгляда различил правду. Ты сама это видела.

Девушка вздрогнула и залилась слезами. Верховный Инка, как его здесь ещё называли туземцы, повернулся набок.