Венецианский купец. Книга 6. Падение Твердыни

 – Вы слишком строги к себе!

– Ладно, в любом случае к инструменту у меня нет претензий, – я повернулся к дяде, – оплатите работу и добавьте от меня премию мастерам в размере тысячи золотых.

Родственник, не став спорить, лишь молча кивнул, украдкой вытерев глаза.

– Теперь вы поняли, почему я вас позвал, аббат Кантони?

– Да, ваше святошество, – низко склонился он, – я сегодня же начну подбор мальчиков до одиннадцати лет в хор Собора, как вы и просили меня вчера вечером.

– И девочек! – добавил я, чем его сильно изумил.

– Девочек? Их-то зачем?

– Будут разные партии, для разных голосов, – я пожал плечами, – в общем, главное требование – это голос. Вернусь, прослушаю всех сам, если найду того, кого взяли на теплое место по знакомству или происхождению…

– Ваше святейшество! – оскорбился он. – Как вы могли обо мне такое подумать!

– А я вас пока мало знаю, – хмыкнул я, – хотя да, работу вы свою знаете, этого не отнять. Надеюсь, продолжите в том же духе.

– Я хотел поговорить с вами позже, ваше святейшество, – внезапно смутился он, – но раз зашел разговор, можно ли как-то продлить мой контракт?

– Кто-то из нас двоих говорил, что и года не проработает на этой должности, – напомнил я ему.

Он лишь перекрестился и смиренно заметил:

– Мы все люди, ваше святейшество, а значит, можем ошибаться.

– Хорошо, еще на три года получите продление, содержание поставьте аббату, как у синьора Шешета.

Дядя молча записал в свой блокнот мое поручение.

– На этом все, меня ждут в другом месте, – я поднялся с места и направился к выходу, встретившись там с одним из архитекторов.

Которому напомнил, что собор должен быть закончен к весне следующего года. Он заверил, что они идут даже с опережением графика. Поблагодарив его и попросив передать привет, а также парочку подарков в виде кошельков с золотом остальным архитекторам, я отправился в следующее место, которое было у меня в плане обязательного посещения перед отплытием.

***

– Синьор Витале! – отбрасывая руку служанки, ко мне с радостным криком бросилась Елена, сама принимая у меня роскошный берет с пером птицы кецаль и плащ, только потом отдавая их слугам.

 – Как я рада вас видеть!

– Привет, дитя, – я чмокнул ее в подставленный лоб, и она, радостно улыбаясь, подхватила меня под руку и повела в гостевой зал.

– Как дела у вас? – поинтересовался я, сделав акцент на слове «вас».

Улыбка мгновенно покинула ее лицо, и она покосилась на толпу охраны.