Кондрат Булавин

– Нет, царь-батюшка, – зловеще прошипел Зерщиков, – не дело ты затеял, не дело… Ежели растравишь казачьи сердца – худо будет…

– Что ты говоришь, Илья! Господь с тобой! – испуганно ухватил его за рукав Лукьян. – Не говори таких слов. Не говори! Не дай господь, кто подслушивает… – атаман оглянулся на дверь, – беды горькой наживешь.

– Ты, атаман, не крути! – грубо прикрикнул Зерщиков на атамана. – Ты хочешь хвостом крутить так и этак… И нашим и вашим. Это дело надо напрямик решать. Сколь веревку ни вить, а конец должен быть.

– Да как же решать-то? – растерялся Лукьян. – Не в нашей это воле.

– Нет, в нашей. Надобно царю прямо сказать, что у нас, мол, с Дона беглых не выдают. Закон, мол, установлен такой нашими дедами.

– Ты хоть, Илья, человек и с умом, – сказал обиженно атаман, – а говоришь дурость. Разве ж можно так делать? Ты вот лучше послушай меня. Я уже думал над этим делом. Вот когда приедут эти стольники, созовем войсковой круг, послухаем царевых послов, поговорим на круге, да и ответ свой обскажем им…

– Какой ответ?

– А ответ наш будет такой, – подмигнул Лукьян, – нет-де у нас беглых холопов.

Кои, мол, поразбежались, а коих мы-де боярам сами отправили… А ты, Илья, тем временем поговори с казаками, пусти слушок по станицам и городкам, чтобы беглецы-то посхоронились. Не дадим, Илья, ни единого человека с Дона, – вот тебе Христос, не дадим… Верь мне… Кто ж у нас будет работать тогда?..

Зерщиков задумчиво слушал атамана. Слова Максимова казались ему убедительными.

Атаман, глянув на дверь, сказал:

– Не горячись ты, Илья, не горячись! Все по-хорошему обернется. А теперь иди спать, с богом. Запозднились мы… Моя атаманша, поди, злится, спать хочет.

– Ну, прощевай коль, Лукьян, – приподнялся Илья. – С казаками я потолкую по этому делу.

– Поговори, поговори, Илья.

После ухода Ильи Зерщикова в горенку вошла раздраженная Варвара.

– Что это у вас за тайные дела с Ильюшкой? – подозрительно спросила она у мужа.

– Да так это, – уклончиво ответил Лукьян.

– Гляди, так ли, – строго посмотрела она на него. – Не люблю я твоего длинноногого Ильюшку. Глаза, как у разбойника. Глядит на всех коршуном, того и гляди, клюнет своим носом… Ой, смотри, Луня, беды ты с ним наживешь. Подведет он тебя под беду, а сам сухонький будет… Не якшайся ты с ним, ради бога.

– Ну-ну, будет тебе, Варварушка…

Глава V

Ветер с моря погнал на север серые лохматые тучи. Выглянуло солнце, непривычно горячее, ослепляющее.