Небо и море

Поначалу они с братом нашли какой-то военный Нижнетагильский завод, который по конверсии вместо мечей ковал оралы, выглядевшие как шпингалеты, скобы, дверные навесы. Производить это барахло из высококлассной броневой стали было не сложно, но вот выгодно сбывать получалось не очень. Боря с братом помогли военно-промышленному комплексу освободить складские площади для следующих беспрерывно изготавливаемых скобяных изделий.

К тому времени в Ташкенте умерла моя бабушка Елизавета и тетка Валентина приложила все свое умение убеждать и убедила-таки деда обменять квартиру в Ташкенте на квартиру в Челябинске.

Потом разменять Челябинское приобретение на две однушки, в одну из которых отселились от мамы молодые Штительманы, а в другой остался куковать старый дед Борис.

Боря греб лопатой, но многое съедала инфляция и надо было инвестировать во что-то разумное доброе вечное. Боря долго думал и решил пригласить деда пожить вместе. С Бориной доплатой, его и дедову квартиры обменяли на трешку в сталинском доме по проспекту Ленина напротив кинотеатра «Спартак».

Боря приобрел хорошую машину, гараж, обставил квартиру с посильной роскошью. У них с Наташей подрастал сын Юрочка.

Однажды дед, к тому времени уже полуслепой и полуглухой пошел в магазин за какой-то мелочью. На пешеходном переходе его сбил грузовик. Номера машины никто не увидел, да и вообще свидетелей не оказалось. Боря попытался было использовать свои связи в милиции, но там сказали, что рады бы помочь, да стоит ли возиться?

Потом в Израиль уехала мама Бори.

Устроилась там в Эйлате консультантом местных иудеев в премудростях понимания Талмуда.

Боря съездил разок к маме на разведку. На иврите, по приезду в землю обетованную, он знал только одно слово – «лестница». Попытался по маминому совету устроиться на работу. Его взяли на должность простого землекопа с лопатой. Борин организм, изношенный губительной Челябинской экологией, позволил ему продержаться в должности не более двух дней.

Оставшееся от отпуска время Боря у мамы поправлял нанесенные работой душевные и физические раны.

Вернулся Боря в Челябинск задумчивым. С одной стороны, Челябинская экология совсем не способствовала уврачеванию Бориной застарелой астмы, с другой стороны в Эйлате его ждала лопата и бесконечная пыльная траншея, больше похожая на Борину могилу. Опять же, с одной стороны, в Челябинске все было схвачено, бизнес налажен. Торговый дом, то, се.