Тысяча осеней Якоба де Зута

 – Маринус уже закончил бритье. – Только нужно отвести глаза шпиону из числа моих учеников. Сегодня намечена лекция о дыхательной системе человека, и я намерен сопроводить ее наглядной демонстрацией на живом примере. Попрошу Ворстенбоса одолжить мне вас для этой цели.

Якоб слышит себя как будто со стороны:

– Согласен…

– Вот и славно. – Маринус вытирает руки. – Вы позволите – маэстро Скарлатти?

– Но плата после доставки товара.

– Ах так? Моего честного слова недостаточно?

– Всего хорошего, доктор.

Когда Якоб входит в помещение архива, Фишер и Ауэханд мгновенно замолкают.

– Приятно и прохладно, – замечает вновь прибывший. – По крайней мере, здесь.

– А по-моему, – Ауэханд обращается к Фишеру, – здесь жарища и духота.

Фишер фыркает, как конь, и удаляется к своей конторке – самой высокой в комнате.

Якоб нацепляет на нос очки и рассматривает полку с бухгалтерскими книгами за последние десять лет.

Вчера он вернул на место записи с 1793 по 1798 год, а сейчас они куда-то делись.

Якоб смотрит на Ауэханда; Ауэханд кивает на согбенную спину Фишера.

– Господин Фишер, вы, случайно, не знаете, где книги с девяносто третьего по девяносто восьмой?

– Я у себя в конторе обо всем знаю, где что лежит.

– Не будете ли так добры сказать мне, где я могу их найти?

– А вам зачем? – оглядывается Фишер.

– Чтобы выполнять свои обязанности, которые мне определил управляющий Ворстенбос.

Ауэханд нервно напевает мелодию карнавальной песенки.

– Вот здесь, – Фишер стучит пальцем по стопке гроссбухов, – попадаются ошибки, – цедит он сквозь зубы, – не потому, что мы зажуливаем Компанию, – он словно вдруг разучился грамотно говорить по-голландски, – а потому, что Сниткер запретил нам вести записи как положено.

Дальнозоркий Якоб снимает очки, чтобы лучше видеть Фишера.

– Разве кто-нибудь вас обвинял в нечестности, господин Фишер?

– Мне надоело… Слышите, вы? Надоело! Что в наши дела без конца лезут все кому не лень!

За Морской Стеной тихо плещут сонные волны.

– Почему, – гневно вопрошает Фишер, – управляющий не поручил мне исправить записи?

– Логично поручить проверку человеку, который не был в подчинении у Сниткера, вы согласны?

– Значит, меня тоже в мошенники записали? – У Фишера раздуваются ноздри. – Вы признаете! Это заговор против нас всех! Посмейте только отрицать!

– Управляющий, – возражает Якоб, – всего только хочет получить одну версию правды.