Танк по имени Лютик

 – Кажется, Таро не удивился вовсе. – Сколько?

– 50 и потом 100. – ответил Износкин.

– Я больше дам.

– Я знаю.

Глаза у Таро, не смотря на болезнь и возраст, остались нагайновыми. Лишь дай поймать чужой взгляд и не отцепятся. Наружу вывернут.

– Надоело Соловцу вторым ходить. Тут такая возможность. – Таро попробовал улыбнуться. – И снова облом. Я вроде как на поправку пошел. Ну?

– Что?

– Что решил, Ухо?

Износкин подошел ближе. Над койкой склонился. Достаточно было на минуту закрыть перчаткой рот и нос, чтобы глаза Таро потухли раз и навсегда.

– Решил. Давно решил.

Наконец, Износкин увидел то, что хотел увидеть много лет назад. Таро действительно испугался. Пытался слабой рукой схватить Износкина за рукав.

– Я тебя тогда пожалел. – Сил не хватало и Таро почти шептал.

– Меня да. А Сашку моего кто? Наркоту ему кто?

– Что было то было, Ухо. Не вернешь. Ни брата твоего. Ни Сяву. Помнишь Сяву?

– Ты должен был первым идти. Не охранник. Я не хотел.

– Я знаю. Потому отпустил. Это же я отпустил тебя.

Износкин посмотрел на круглые часы на стене.

– Скажу, что теперь моя очередь. – Износкин наклонился еще ниже. Через запотевшую маску, через слипшиеся , как волосы на лбу мертвого Сашки, годы он видел слезы на худых и впалых щеках. Износкин выпрямился.

– Соловец в машине. На остановке у автозаправки.

– Ты его…

– Я. Теперь ровно 12.

– За брата не обижайся.

– Ты здесь ни при чем. Никто ни при чем. Вирус не выбирает. Мы выбираем. – сказал Износкин и вышел из палаты.

Вечером Износкин был в Полотняном Заводе. Поставил рюкзак на обитый жестью прилавок. Ослабил завязки. Из черной плотной темноты появился красноречивый палец Ануш. Заполз в рюкзак.

– Да ладно. – восхитился Износкин. – Ануш, откуда у тебя такая вещь?

Знаменитый палец с червонным кольцом был тщательно, с резинкой у корня, упакован в презерватив.

– Отойди. – услышал из темноты Износкин жесткий, совсем не пожилой голос. – Изделие экспериментальное. Остаточные явления могут продолжаться дольше положенного.

Наконец, палец закончил свои важные ответственные дела. Выставил на прилавок рядом с рюкзаком красный пластиковый тазик.

– Грибы сюда. Рюкзак сжечь. – сказал голос вроде бы Ануш.

– Понял. – Износкин внимательно следил за пальцем. В голове разогревалась обезьянка с барабаном.

– В следующий раз не так громко приходи. Вечером или в обед.

– Следующего раза не будет. – медленно растягивая слова, произнес Износкин.