Дюжина секретов леди Кейтлин

“Любят они друг друга, как же” – фыркнула Кейтлин, наконец вынырнув из почти ледяной ванны.

Завернувшись в длинный шелковый халат и промокнув самостоятельно волосы, миледи вышла из комнаты.

***

Лучи весеннего солнца блестели на куполах небольшой, но одной из самых красивых часовен города. Прихожане поздравляли несколько пар молодожен у алтаря, осыпая их цветами, зерном, желая при этом долгих и счастливых лет вместе.

У самого входа, на одной из скамеек, сидела девушка, для которой этот день должен был быть столь же радостным, как и для остальных.

– Ох, я кажется опоздала, – раздалось у входа.

Девушка обернулась на голос, без труда узнав в стоящей на пороге красавице – маркизу Де Велье. Миледи выглядела так, словно шла сюда на свою собственную свадьбу. Атласное платье, подпоясанное нежно-кремовыми лентами, широкополая шляпка с цветами, на одном из которых была приколота серебряная бабочка.

– Будьте прокляты, – голос несостоявшейся невесты звучал надломлено, а взгляд был устремлен на украшение, что сегодня должно было стать ее собственностью.

Ее тихий шепот повторялся вновь и вновь, эхом отскакивая от стен и поднимаясь все выше. Но той, кому он был адресован, уже и след простыл.

1 глава

150 лет спустя

Столица королевства Ромерон

– Ваше Величество, появившаяся зацепка безусловно даст толчок в раскрытии этого дела. Убийства отличаются и это даст нам возможность выйти на след преступника. Если вы только позволите заняться этим делом, – глаза молодого следователя горели огнем азарта, предвкушая как скорый триумф, так и, безусловно, продвижение по карьерной лестнице.

– Раз убийства отличаются не значит ли это, что они являются делом рук разных людей? – Август Второй, мужчина средних лет, скептически поднял бровь в ответ на пылкую речь парня.

– Скорее наоборот. В данном случае, это говорит скорее о допущенной ошибке. Среди убитых оказались не только все члены древнего рода, но и личный камердинер герцога Нерейского. Возможно, он был посредником между исполнителем и заказчиком, – следователь говорил, надеясь привлечь внимание короля и доказать ему свою правоту.